Гадалка - 2. Игра в прятки

— Пожалуй, пора вернуться к более насущным вопросам, — мягко продолжил Себастьян, милостиво дождавшись, когда я немного успокоюсь. — Беатрикс, что случилось? Почему ты рухнула в обморок? Признаюсь, это было весьма неожиданно. Ты словно призрака увидела.

— Все верно, — пробормотала я, несколько удивленная тем, как приятно звучит его голос, когда он не пытается меня напугать или каким-либо образом унизить. — Я увидела в зеркале девушку.

Себастьян замер после моих слов. Его глаза утратили всяческое выражение, превратившись в два сверкающих осколка льда.

— Девушку? — переспросил он так тихо, что мне пришлось напрячь весь свой слух, чтобы его услышать. — И как же она выглядела?

— Плохо, — честно призналась я. После чего кратко пересказала Себастьяну мое видение, не забыв упомянуть и о том, насколько сильно оказалось обезображено лицо незваной гостьи из мира духов.

Он выслушал меня молча. Лишь однажды повел желваками — когда я описывала внешность незнакомки. После чего надолго замер, отсутствующим взором уставившись в злополучное зеркало.

Я с опаской проследила за его взглядом, готовая в любой момент зажмуриться, если вновь увижу привидение. Но зеркало лишь послушно отразило Себастьяна — и меня, сидящую рядом с ним, встрепанную и бледную от переживаний.

— Значит, вот оно как, — наконец прошептал блондин. Стремительно обернулся ко мне, и я невольно отпрянула, прижавшись спиной к подушкам. Затем грозно отчеканил, возвышаясь надо мной, подобно карающему посланнику богов: — Решено.

— Но мне надо собраться, — заблеяла я, не испытывая ни малейшего энтузиазма при мысли о долгом путешествии. — И потом, я не могу оставить дом без присмотра.

— У тебя еще есть несколько часов, — отрезал Себастьян. — А дом… О нем прекрасно позаботится и Дора. Насколько я понимаю, вы теперь деловые партнеры.

— Но… — продолжала я протестовать, внутренне содрогнувшись от осознания того, что буду вынуждена расследовать дело, связанное с призраками. Никогда не любила этих зловредных созданий.

Однако Себастьян не стал слушать моих бормотаний. Он встал, кинул еще один взгляд в зеркало, потом тяжело, сверху вниз, посмотрел на меня.

— Мои приказы не обсуждаются, — холодно уведомил он.