Гадалка - 2. Игра в прятки

Бравый юноша, закованный в броню и вышедший против заведомо проигрышного боя с драконом. Злой ящер тоже присутствовал на картинке. Он припал к земле, готовясь выдохнуть всепожирающий огонь.

— Дальше, — так тихо, что я с трудом его поняла, попросил Себастьян, вновь не пожелав услышать моей трактовки расклада. Он сидел, выпрямившись так, будто проглотил жердь. Костяшки его пальцев аж побелели от напряжения — с такой силой он вцепился в подлокотники кресла.

Третья карта. Теперь мне в лицо хищно ощерился бог мертвых Альтис.

И я невольно вздрогнула, вспомнив мой первый и последний разговор с его величеством королем Альбертом Первым. Тогда он сказал, что некогда Себастьян вызвал это божество, чтобы спасти свою возлюбленную.

— Дальше, — беззвучно шевельнул губами Себастьян.

Если бы я не смотрела сейчас на него, гадая, имеет ли та история какое-либо отношение к происходящему, то ни за что не расслышала бы его просьбы.

— Это последняя карта, — на всякий случай предупредила я, и мой голос послышался мне карканьем осиплой простуженной вороны.

Я кашлянула и продолжила чуть менее хрипло: — Но в любом случае нельзя придавать слишком большое значение…

Себастьян глянул на меня с такой злостью, что слова застряли у меня в горле. Холодная дрожь смертельной опасности прошла по позвоночнику, и я уставилась на зеленое сукно стола, почувствовав, как воздух в комнате сгустился до такой степени, что его можно было есть ложками.

Рука Седрика, все еще лежащая на моем колене, заметно потяжелела, однако некромант промолчал.

Я искоса глянула на него, но лицо моего жениха было непроницаемым, словно маска.

Я долго медлила, поглаживая карты, словно силилась понять, какая из них даст окончательный ответ на заданный вопрос. Затем, глубоко вздохнув, выложила последнюю карту перед собой.

Выпала до боли знакомая картинка — перечеркнутое пополам изображение: наверху — кубок с ядом, внизу — петля.

— Позор, — за меня озвучил ее Себастьян, повторяя мои слова, которые я когда-то произнесла, когда она выпала для меня.

— Испытание, которое надлежит перенести, чтобы стать сильнее.

— Тонкая грань между унижением и смертью, — пробормотала я. — Но если ее пройти с честью, то… О-о-о, награда будет стоить любых испытаний.

Себастьян с приглушенным стоном обхватил голову, вряд ли успокоенный моими словами. Неполную минуту просто молчал, с отчаянием глядя на четыре карты перед ним. Затем тяжело вздохнул и еще ближе подтолкнул мне непонятный сверток.