Дело в чемодане

– К тому же сейчас у нас гостит ее матушка, а она своими способами лечения даже из гроба усопшего подымет. Ну и если серьезно, то не хочется подставлять Дюка, свесив на него всю работу. И так, спасибо, выручили с посещением дома непутевого кузнеца. Ты, кстати, как? Не слишком впечатлилась?

- В порядке, но мне искренне жаль Далию. И я не понимаю, почему мы не можем ей помочь.

- Потому что владетель Моранской Части как ничто другое ценит право человека на собственную жизнь. И без поданного заявления служба не может вмешиваться в семейные дела.

Каждый сам волен поступать, как считает правильным.

- Да, я это понимаю. Но в данной ситуации же нет абсолютно ничего правильного!

- А это, Мира, обратная сторона монеты, – вздохнул мужчина. – Закон един, и мы не можем его трактовать в каждом отдельном случае так, как нам заблагорассудится.

Я тут же вспомнила Шона, который как раз утверждал обратное. Забавно получить такое противоположное мнение по одному и тому же вопросу.

- А как ваше дело продвигается? Нет чего-то, с чем можем вам помочь? – спросил сыскарь.

- Спасибо, пока нет. Выяснили, что у жертвы был брат. Думаю Ромас захочет с ним побеседовать.

В этот момент двери в управу распахнулись и появился знакомый мне господин Витос Морейский в сопровождении своего верного помощника Курта. Мужчина шел медленно, опираясь и плавно перекатывая перед собой улучшенную мною опору.

- А этого-то как сюда принесло, – пробормотал Гасан. – Чувствую не избежать скандала.

Я удивленно покосилась на мужчину.

Чего это он? Господин Морейский за время нашего знакомства произвел на меня впечатление воспитанного человека. Тут из кабинета Сорена вышел на ходу вчитываясь в бумаги Ромас. Стоило его взгляду наткнуться на пару не решивших куда направиться посетителей, как он замер и, сделав несколько глубоких вдохов, направился к ним.

- Ну и какого дьявола тебя сюда принесло? – с холодом в голове поинтересовался у пришедших.

Ого! Неужели нелюбовь в благородным настолько сильна, что он не считает правильным проявлять хоть малейшую вежливость? Хотя с госпожой Ивье он держал себя в руках.

Или это потому, что она женщина?

- Ромас, нам нужно поговорить, – со спокойствием в голосе ответил мужчина. – Удели мне несколько минут.

- Как ты не уяснил, что нам не о чем разговаривать. У меня дела, и до тебя в их списке очередь дойдет в самом конце.

И Ромас, развернувшись к посетителям спиной и чеканя шаг, скрылся в собственном кабинете.