Токсичная кровь

 – Устроились в институт по блату или за деньги, не учились ни черта, зачеты и экзамены покупали за деньги, дипломы тоже… Все ж нынче за деньги! Чего же они могут знать, язви их в душу?!

– А что вы ели перед тем, как сюда попасть? – обратился я к мужу женщины лет тридцати пяти.

– Ни вспученных консервов, ни мяса, ни грибов, ни рыбы я не ел, – ответил он. – Мы ели мидии. Ужинали в ресторане по случаю годовщины нашей свадьбы.

– И все? Больше до самого попадания в больницу вы ничего не ели?

– Нет, – ответил он.

 – Разве что на ночь стакан молока выпил…

– А вот мидии-то как раз и могут быть опасны, – заметила пожилая дама интеллигентного вида. – Они фильтруют воду, поглощая планктон, а планктон вырабатывает сакситоксин. Это такое вещество нервно-паралитического действия, а по сути, мощнейший яд. И как только такая мидия-фильтр накопит в себе достаточное количество токсинов, она становится опасным для человека продуктом, а случается, и смертельным…

– Значит, это мы мидиями отравились? – всполошился мужчина, поглядывая на свою супругу.

– Вы, может быть, и мидиями, – заметил больной, на кровати которого сидела молчаливая девочка-подросток. – А я моллюсков этих никогда не ел и не собираюсь пробовать.

– И я не ел и не собираюсь, – громко произнес старик Храмов. – Пусть их буржуи едят и разные там моральные и физические извращенцы…

– А при чем тут моральные и физические извращенцы? Да мы с супругой и ели-то их всего третий или четвертый раз в жизни, – оправдывающимся тоном произнес мужчина.

 – И никакие мы не извращенцы.

– И не буржуи, – добавила его супруга.

– Не обращайте на него внимания, – сказал молодой парень, к которому пришла женщина с хозяйственной сумкой. Он приподнялся на кровати и посмотрел в сторону старика Храмова. – Этот дед – сам по себе уже очень ядовитая личность. От одного разговора с ним запросто отравиться можно. Весь ядом изошел. Сам себя и отравил. Его половина Измайлова знает как склочника и клеветника…

– Да что ты мелешь, сопляк! – не выдержав, повернулся к нему Лавр Михайлович и буквально стал испепелять взглядом парня.

 – Это я-то склочник и клеветник?! Что, у тебя и факты конкретные есть, что я на кого-то напраслину возвожу? – Не дождавшись от парня ответа, он продолжил свой возмущенный монолог: – Да тебя еще и в помине не было, когда я уже за фрезерным станком стоял, изготавливая детали для нужд родной Советской страны. И страна тогда была – не чета этой, что сейчас. Порядок был всюду. А страха не было.