Невеста трёх ветров

Расслабься, я тебя не съем. На лошадях ты тоже скакать не умеешь? Спину ровно, попу к седлу. Нужно попасть в её ритм и скакать вместе с ней, а не как мешок с костями, посаженный верхом. Такое чувство, что ты спала все свои двадцать лет.

– Семнадцать, – возмутилась Лария.

– Не понял?

Девушка сообразила, что чуть не проговорилась.

– До трёх лет спать – это нормальное состояние детей, – пояснила она.

– Перестань орать. Ты забыла про мой чуткий слух? Что-то мы как-то медленно…

Он громко засвистел, наклонился вперёд, заставляя согнуться и Ларию, и почти лёг на спину девушки.

– Э-эй! – запротестовала та.

Лошавас буквально завьюжил над сугробами и кустами. Он легко взлетал над поваленными деревьями. У Ларии возникло чувство, что они занимаются чем-то весьма неприличным, но Джерго, по-видимому, так не считал. Он вдруг отстранился, раскинул руки, откидываясь назад и заорал громко и радостно. И девушка невольно улыбнулась, закусив губу.

– Грядёт Север! – орал Ветер. – Пурга, мороз, смерть! Бойся, Юг! Куда тебе против Севера! Эть-эть!

Он кричал это на своём языке, но Лария уже знала достаточно, чтобы понять его слова.

И вдруг Джерго запел. Хриплым, не поставленным, низким голосом. И через некоторое время девушка поняла, что это очень неприличная песня про отношения лося с бурундуком. И столь же смешная, как и не приличная. Её знания языка не позволяли понять всё, но общий смысл…

Когда песня закончилась, Лария оглянулась, соображая, чтобы сказать такое язвительное. Джерго, откинувшись назад, практически лежал на крупе лошаваса, раскинув руки, и улыбался.

– Ты упадёшь! – крикнула девушка.

Ветер рассмеялся и вдруг вскочил ногами на круп. Лария зажмурилась от страха, и тут её снова обняли.

– Боишься за меня? – шепнул Джерго ей на ухо. – Я ж говорю – запала. Все западают, не стесняйся.

– Самовлюблённый болван – прошипела она. – Конечно, боюсь. Я с твоим лошавасом не справлюсь.

– Злой ты мне нравишься больше, чем сопливой.

Они выехали из леса, и оказались на вершине горы. И Лария замерла от величественного вида заснеженных склонов, обрывающихся в пропасть, скользящих вниз складками ткани. Вверху нестерпимо горело солнце. Джерго сбросил вниз чехол, повис с лошаваса вниз головой, вытащил из чехла две тонких и довольно длинных дощечки, аккуратно опустился на них, наклонился и привязал к ногам. Затем встал, обернулся к спутнице и протянул к ней руки.

– Прыгай ко мне – обниму.