Невеста трёх ветров

– Не так, – уклонился от ответа Иштван.

– Покажете?

– Возможно.

Южный ветер начинал бесить принцессу, и поэтому она выдохнула с облегчением, когда танец завершился. Эрика поймала рассеянный взгляд Андраша и улыбнулась старшему царевичу. Тот ответил улыбкой и подошёл к ней.

– Разреши тебя пригласить?

Эрика вдруг подумала, что ей хочется коснуться его светлых волос и проверить: мягкие они или жёсткие.

– Ну, если это не будет изменой вашей невесте…

Она вновь засияла ямочками на щечках.

– Ты же только что танцевала с моим братом, – заметил Андраш.

– А вы следили за мной?

– Вовсе нет… – начал было Восточный ветер и рассмеялся. – Ты нарочно, да? Чтобы я стал оправдываться?

Она подала ему руку.

– Вы любите танцевать?

– Люблю, – просто ответил Андраш. – Только не танцы Элэйсдэйра. Они слишком чопорны.

– Вы второй, кто говорит мне о других танцах. Вы тоже не покажете мне их? Наверное, мне стоит попросить Северного ветра, чтобы хотя бы он удовлетворил моё любопытство.

Андраш изменился в лице. Совсем чуть-чуть, но Эрика заметила, как линия губ стала жёстче, а взгляд похолодел.

– Не стоит, – и голос тоже стал отливать металлом.

– А вы не любите вашего брата, – заметила Эрика, привстав на цыпочки и обходя кавалера вокруг.

– Кто же любит северный ветер? – усмехнулся Андраш.

Принцесса замерла, и теперь, аккуратно держа её за палец, свой круг совершал уже Восточный ветер.

– Не понимаю, как можно относиться к человеку по его титулу. Или есть что-то большее, может магическое, что скрыто в титуле? – залюбопытствовала Эрика.

– Не совсем, – ответил Андраш, улыбаясь ей.

Оба замерли друг напротив друга.

– Магия?

– Нет, у нас нет магии. Но Иштван прав: Северный ветер – это северный ветер. Мне сложно выразиться яснее. Я не настолько хорошо владею языком Элэйсдэйра.

– А Михэли – Западный ветер?

Андраш едва заметно вздрогнул.

– Нет, конечно. Почему ты так решила?

– Ну-у, сам рассуди.

– Нет, – перебил её Андраш. – Западного ветра нет. Запад – это смерть.

– А я думала, смерть – это север.

– И это верно, – раздался рядом жизнерадостный голос. – Но есть смерть, а есть смерть. Есть смерть, которая наступает, а есть та, которая пребывает.

Эрика вздрогнула, обернулась и увидела в двух шагах от себя того, кто её сейчас интересовал больше всех.