Миа: Тьма над Горным краем. Часть 1

Ага, поняла о ком речь!

— Вы про девушку, которая сегодня раздавала ингредиенты на зельеварении? И что с ней?

— А то! — в тон мне ответила Анджина. — Деканша ругала ее последними словами за то, что именно Лиэнн выдала тебе вместо безобидной ниссы измельченную траву снежного раваса[2]!

— Ну и что? — я похлопала ресницами, все еще ничего не понимая. Такая травка всем знакома — ее белоснежные метелки симпатично смотрятся в зимнем букете.

— Балда, при нагревании с маслом любая смесь с равасом взрывается! Декан обнаружила подмену после того, как отправила тебя в лазарет.

— Вот знала же, что я не виновата и все сделала правильно! — В крайнем возбуждении, я хлопнула ладонями по крышке стола, но тут же испуганно вжала голову в плечи и мысленно одернула себя — неприлично привлекать к себе внимание такими жестами.

Друзья смотрели на меня с недоумением.

— И это все, что тебя волнует, Миа? — спросил Лессли. — Тебя хотели серьезно ранить вообще-то!

— Хотели, чтобы ты пострадала — что и случилось, — уточнила соседка.

— Верно, она заменила колбу при мне. Сказала, что в моей — трещина.

— Вот подлая, — прошептал Лесс и невнятно выругался.

— Как будем наказывать? — спросил Яр мрачно.

Я лишь пожала плечами: — Никак. Раз тэ’Остэйн об этом знает, она и накажет.

— Отчисление. Причем с позором, — ответила соседка. — Но это не наш случай. Деканша сказала, что не даст ход делу. Мол, Лиэнн осталось учиться недолго, обидно будет, если из-за досадной оплошности ее карьера разрушится. — Заметив наше удивление и возмущение, Анджина кивнула: — Да-да, она предпочла считать, что это недосмотр. И добавила, что ни к чему привлекать столько внимания к тебе, Миа. И еще одно: Лиэнн пообещала следить за тобой и докладывать о каждом твоем шаге.

Вот это да! Здорово декан работает: любимчиков покрывает, за мной организовала слежку. Грамотно. А еще тэ’Остейн, вероятно, не хочет докладывать герцогу об этом случае, ведь практика — ее ответственность. Она не доглядела за своей подчиненной.

— Так как ее накажем? Или не ее, а сразу их всех…

Оборотень явно жаждал крови. Но я покачала головой, отметая саму идею мести: — Никак. Пусть захлебываются собственным ядом.