Трактир на Мясницкой

Ну, в смысле, я так представил, что она надула губки. Хотя, возможно, так оно и было на самом деле.

– Не нужно на меня сердиться, – мягко ответил я. По отношению к женщинам требовался такт и терпение. Первого у меня было в избытке, со вторым – некоторые проблемы… Вообще, надо как-то себя перевоспитывать, а то можно и бобылем остаться.

– Да как не сердиться, когда я тебя уже который день не вижу! И не звонишь даже…

Голос у Ирины и правда был обиженным.

– Я не мог, – произнес я с крайней печалью, что, по правде, не стоило мне особого труда.

Ведь я честно не мог позвонить, поскольку, во-первых, своим звонком я мог бы подставить дорогого мне человека. Ведь мои телефонные разговоры наверняка прослушивали. И те люди, что приходили ко мне с намерением меня пришить или смертельно напугать, могли вот так же прийти к Ирине. Убить ее просто потому, чтобы сделать мне больно…

А во-вторых, у меня просто не было под рукой телефона, поскольку мнимая старушка, на самом деле являющаяся работником спецслужб, настоятельно рекомендовала мне выбросить мой любимый телефон, дабы меня не запеленговали.

Что я и послушно выполнил.

– Что, и позвонить даже не мог? – повторилась Ирина. Голос ее звучал по-прежнему обиженно.

– Не мог, – твердо и честно ответил я.

– Расска-а-азывай, – недоверчиво протянула Ирина. Интонации малость смягчились.

– Да говорю же, не мог, – ответил я, а потом добавил: – И вообще, меня чуть не убили.

– Да? – ее голос прозвучал недоверчиво. Как если бы она сказала: «Да кому ты нужен такой бесталанный!» Это тот самый случай, когда нужно проявить терпение, и я достойно выдержал экзамен.

– Да, – ответил я тоном, не вызывающим сомнения.

В общем, я серьезно взялся за собственное перевоспитание. И, кажется, у меня получалось.

– Я сейчас приеду, – безапелляционно заявила Ирина. – Вот прямо сейчас и приеду…

– Н-не надо… – я и обрадовался, и испугался одновременно. Конечно, обрадовался-то я за себя, а вот испугался за нее… – А вдруг все еще не закончилось?

– Я все равно приеду… Уже еду… – ее тон не терпел возражений.

 – И ты мне все расскажешь…

Ирина не приехала, а буквально прилетела. На чем – об этом оставалось только гадать. Не хотелось бы верить, что она прилетела на метле… вот будет картина!

Ирина была такой же, как и я. Во многих вопросах. Совершенно неважно, как это назвать: единением, родством душ или еще как-нибудь. Главное было в том, что она думала так же, как и я, а именно: чему быть, того не миновать.