Дом последней надежды

Мама постаревшая вытирает слезы платочком:

- Надеюсь, Оленька, ты знаешь, что делаешь…

Мне казалось, что знаю.

Я купила нам квартиру, ведь в старенькой двушке, приобретенной когда-то, тесно двоим. А ведь нас может стать трое или даже четверо. Что с того, что мне уже тридцать семь? И в сорок рожают.

Машина для Игорька.

И его увольнение. Это разумно, ведь работник из него аховый, а домом заниматься кому-то да надо, я ведь никогда не любила домашнее хозяйство. Наша недолгая совместная жизнь… то есть, брак протянул несколько лет, но теперь они казались едва ль не мгновеньем.

Мы были счастливы?

Я была. Некоторое время. Несмотря на шепотки за спиной, на смешки откровенные и сокрытые… плевать мне было. Главное, что дома меня ждали горячий ужин – а готовить Игоряша научился отменно – и душевный разговор.

Он слушал.

Внимал. Поддерживал. Он был достаточно образован, чтобы вникнуть в специфику моей работы, а не просто кивать, выслушивая жалобы. Иногда он и советы давал вполне вменяемые.

А потом…

Тьма, меня окружавшая, вздохнула.

Тьма мне сочувствовала, понимала, каково это, быть преданной. И ладно бы другая женщина, хотя и без нее не обошлось, без дурочки-студентки черноокой и чернокудрой, возомнившей себя воительницей за личное счастье.

Я бы рассмеялась…

Я и рассмеялась.

Наивный ребенок, она прислала мне душевное признание об их с Игоряшей любви, которой в брак переродиться мешаю исключительно я… Игоряша меня давно не любит и живет исключительно потому, что жалеет слабое мое здоровье, но она… как ее звали-то? Леночка? Анечка? Или как-то иначе, с претензией? К примеру, Элеонорочка? Не важно, она знает, что со здоровьем у меня полный порядок, сердце работает, почки тоже отваливаться не спешат, а потому не буду ли я столь любезна отойти в сторонку.

Я не была.

То есть, рассказу я поверила, ибо девочка, с которой я устроила встречу, оказалась вполне убедительна, описывая свой несчастный роман. И чувствовала я себя мерзко.

Оплеванной?

Он ведь… ни словом, ни намеком… он был так же любезен и притворялся счастливым.

Он встречал меня, кормил растреклятыми ужинами и выслушивал… выслушивал… я даже дрогнула была, решив от девицы откупиться, в конце концов, Игоряша, как и все мужчины, падок на сладкое, так стоит ли ради одной девки рушить брак?

Но… на сердце было не спокойно, как будто мой рай оказался червивым. И наступив на горло собственной песне, я поставила задачу нашей службе безопасности. Благо, возникли некоторые подозрения.