Суженая Инкуба

- Живая, - произнес сероглазый мужчина с короткой стильнойбородкой и усами.

Если бы он не нанес мне увечье и не был виноват в том, чтосейчас я неловко барахталась в платье, пытаясь хотя бы сесть, то его лицо мне,наверное, показалось симпатичным. Но я была чертовски зла на него и мечтала,чтобы его растоптала его же лошадь.

Когда же он дернул меня за больную руку, чтобы поставить наноги, то я и вовсе не выдержала и заорала во все горло.

- От таких воплей вся живность в лесу сдохнет, - усмехнулсямужчина и прикоснулся к моему плечу.

– Так болит? – спрашивал он, прощупываяего.

- Со мной все в порядке, - оттолкнула я его руку и отряхнулаплатье. – А вам следует смотреть, куда едете.

Чтобы заглянуть ему в глаза мне пришлось задрать голову.Невольно отметила косую сажень в плечах и статную фигуру. Только вот взгляд мнеего не понравился. Высокомерный и одновременно насмешливый.

- Подвезти? – галантно предложил он, хоть и не выглядел приэтом учтивым. Чем-то он меня здорово раздражал.

Возможно, тем, что испортилтакую прогулку.

- Спасибо! Как-нибудь сама, - огрызнулась я.

Мог бы хоть извиниться, но, наверное, не царское это дело. Ав том, что передо мной не крестьянин, я не сомневалась. Весь его вид кричал овысокомерии и богатстве.

- Ну, как знаете, - отозвался он, развернулся и вскочил вседло. – И кстати, не советую их есть. Это трескучие ягоды. Их едят грызуны. Ау людей они вызывают сильное расстройство желудка.

С этими словами он ускакал, а я все продолжала таращиться нараздавленные в руках ягоды, издающие еще более сильный аромат.

Глава 6

Очнувшись от оцепенения, я первым делом вытерла руку опушистый мох и тут же обнаружила, что вместо красного, рука окрасилась вядовито зеленый. На что же, в таком случае, похоже мое платье? Конечно же, онооказалось безвозвратно испорченным. Нежно-голубая ткань резко позеленела соспины. Джитта меня убьет!

А этот мужлан… каков нахал! «Подвезти?» И это все, что онмог предложить или сказать? Да мне, как минимум, положена моральнаякомпенсация, что напугал до полусмерти.

До сих пор вон сердце колотится, какненормальное. А плечо. Синяк уже вовсю проступал на коже, как заметила, откинувпелерину. И за это тоже получу от Джитты. Как теперь носить платья развратногофасона, которые она неизменно мне предлагает? Ведь все они с открытыми плечамии до безобразия декольтированные.

Подул прохладный ветерок, и я зябко поежилась, кутаясь внакидку.