Случайно приворожила Злодея

Я хотела передать ей пузырёк с зельем, чтобы она его забрала, а со временем, когда моя мана выветрится, смогла бы применить его в запланированном деле. Но та дурында только ещё дальше отходила от меня.

– Линда, ты чего? – уже натянуто улыбаясь, сквозь зубы протянула я. – Бери, сама же просила.

– Я… я… я…, – повторяла она, напрягаясь всё сильнее. – Я передумала! – неожиданно выкрикнула та, отходя от меня ещё на несколько шагов назад. – Так постараюсь уснуть!

«Дура!» – чуть не воскликнула в голос, но вовремя закусила нижнюю губу, сдержав возглас.

– Как скажешь, милая, – с улыбкой ответила той, но от этой улыбки сестра лишь сильнее вжала голову в плечи.

– Раз такое дело, – неожиданно начал Мортен. – То позвольте мне выпить это снотворное. Со сном у меня также постоянные проблемы.

Близнецы разом распахнули широко глаза и раскрыли рты, но уже в следующую секунду постарались вернуть контроль над эмоциями. Эмма хоть и не раскрывала рта, но её лицо так сильно вытянулось, что оно всё больше и больше походило на дыню.

– Не стоит, – улыбнулась я Мортену. – Всё же это… эм… женское лекарство. Вам нужно нечто иное.

– Женское? – нахмурил тот брови. – Простите, леди, но что это за чушь? С каких это пор снотворное делят по половому признаку? Или вам просто жаль для меня один порцию лекарства? Если вопрос в этом, то я готов заплатить любую сказанную вам сумму.

– Нет-нет, это…, – попыталась оправдаться, но мужчина продолжил:

– А может, вас не устраивает то, что о помощи прошу именно я? Хотите сказать, что чудовище снежных земель не заслуживает одного простого снотворного?

В глазах мужчины сверкнула опасность, а в помещении резко стало на несколько градусов холоднее.

– Нет, – тут же ответила ему. – Разумеется, нет. Ни в коем случае!

– Вот как? – переспросил он, после чего на кухне вновь стало тепло, как и пару мгновений назад.

«Нет» – одними губами прошептала Линда, но у меня не было выбора.

Чтобы из-за такого пустяка наши королевства начали враждовать?! Мортен объявлял войну и за меньшее. Это будет самой глупой, чудовищной и, пожалуй, последней моей ошибкой.