Механическое сердце. Часть 2. Черный принц

И мелькнула безумная мысль помочь девчонке. Пусть бежит, к любовнику ли, к черту рогатому, но когда о побеге узнают, случится скандал. А скандал – хороший повод разорвать помолвку. И Кейрен получит свободу.

Как надолго?

Найдется другая девица достаточно благородных кровей, чтобы это устроило леди Сольвейг. И состоится новая помолвка, а там и свадьба…

- И куда ты собираешься?

-За Перевал, - Люта сдула прядку. – Здесь меня точно станут искать, а там… я все продумала.

Вряд ли. Она не представляет себе, что такое – жизнь в одиночку.

- Поселюсь в каком-нибудь тихом городке, открою свое дело… мастера везде нужны…

…не те, которые в юбках.

- У меня ведь получится?

И сама себе ответила.

- Конечно, получится! Но это несправедливо, что так… прятаться. Но я сумею! Веришь?

Люта сжала кулачки.

- Верю. Правда я… всего лишь человек.

- И женщина.

Женщина, верно, которая не представляет, чем заполнить пустоту в груди. Слезами? Слез нет, закончились. Криком бы… кричать, до сорванных связок, до горла треснувшего, как старая заводская труба, до глухоты, немоты.

Ножа в сердце.

Глупости.

Все проходит и это пройдет.

В новой жизни Таннис попытается стать счастливой. Ребенка родит… лучше бы мальчика, мужчинам действительно проще… или двоих… столько, сколько получится, главное, чтобы выжили. Она будет возить детей к морю, ведь морской воздух полезен. И купит себе миткалевое бурое платье, подобающее матери большого семейства, полдюжины фартуков к нему. Фартуки придется вываривать в щелоке, а потом крахмалить… и чепец тоже, добропорядочные женщины носят жесткие чепцы.

…и вычеркивают из памяти все, что способно разрушить иллюзию добропорядочности.

Кейрен вернулся поздно.

И без цветов.

Он выглядел растерянным и расстроенным, но переступив порог дома, выдохнул с облегчением.

- Люта!

- Я подумала, что здесь меня искать не станут.

Пили чай, и Люта, избавившись от шерстяных чулок, - колются ведь – надела домашние туфли Таннис. Туфли эти были слишком велики, и то и дело сползали с изящной ножки.

- Не стали бы, точно, - Кейрен сунул пятерню в волосы. Он смотрел на Таннис.

Виновато?

С отчаянием? С болью, спрятать которую не умел?

- Прости, я… все объясню… попробую объяснить. Сумею… или не сумею.

Близкий далекий человек, который вскоре станет недостижимо далеким.

- Люта, собирайся. Поедем.

- Куда? – она нахмурилась, дернула ногой, и туфля упала.

- Домой. Твои родители с ума сходят.