Генетика любви

— И если профессор говорит, что цварг при отсутствии желания не сформирует ментальную привязку, то значит, так оно и есть.

«Ну, а на крайний случай на Цварге невозможно развестись, если мужчина не хочет, но вам об этом знать пока не стоит…».

Дети пообедали и убежали делать уроки, а я принялась убирать дом и готовить ужин, который прошёл так же незаметно, как и обед, разве что Морис пришёл раньше обычного и постоянно требовал подать ему то соль, то перец, то налить соку, то положить добавку. Если обычно поведение супруга а-ля «обслужи меня, я устал после работы» бесило, то сегодня без лишних эмоций я выполняла всё, что он просил.

Пока я ставила посуду в посудомоечный шкаф, супруг подошёл и внезапно потёрся эрекцией прямо через двойную ткань — его штанов и моего платья. Огромная лапень по-хозяйски задрала юбку и неприятно сжала бедро:

— Дорогая, ты сегодня так необычно пахнешь… м-м-м…

Я резко вынырнула из размышлений, выпрямилась и шлёпнула мужа по руке. Больше Морис не касался меня своей эрекцией — лишь внушительным пузом, которое нависало над ремнём.

— Ты что делаешь?! А если дети увидят? — зашипела на супруга, стремительно одёргивая подол платья.

Ланс и Лотт только-только вышли с кухни.

— Скажем, что делаем им давно желанную сестричку, — прохрипел Морис в ухо. — Я чувствую, что я бы тебе сейчас вдул как следует… Натянул по самые яйца! Они у меня лопаются от вида твоего упругого бампера, когда ты нагибаешься.

Меня замутило от того, что муж может попытаться склонить к интиму, а уж от мысли, что мне даже на Эльтон не вырваться, чтобы поставить противозачаточный имплантат, к горлу подступила тошнота.

Я провернулась в кольце жёстких рук Мориса и почувствовала характерное амбре, хотя взгляд мужа был абсолютно сконцентрированным — видимо, организм цварга уже переварил спирт.

— Ты пил, что ли?

— Да, и что? — с вызовом ответил муж. — Ты же видишь, я трезвый, как муассанит[1] лучшей огранки! Итак, пойдём в твою спальню или мою? — Он ухватил меня покрепче, от чего пуговица на его пиджаке болезненно впилась мне в район солнечного сплетения.

— Я не хочу, — пробормотала тихо, ожидая вспышки гнева.

«Может, если не злить и не напоминать про развод, то он отстанет и всё вернётся в обычное русло, когда он удовлетворяется на стороне?»

Мориса перекосило от «не хочу», но он отпустил меня, выругавшись себе под нос.

— Ну вот, от тебя снова стало пованивать.