Королевская кровь-3. Проклятый трон

Тоже не успел сообщить вам, по той же причине, простите, ваше величество…

Начальник Управления госбезопасности склонил голову. И Стрелковский, и королева, и Байдек глядели на него с беспокойством и удивлением.

— Свидерскому оказать полноценную помощь, — скомандовала Василина. — Алину, — голос ее дрогнул, совсем незаметно, — нужно убрать из университета. Она сейчас во дворце, я поговорю с ней. Это все, господин Тандаджи?

— Все, — сказал он после небольшой паузы и увидел, как расслабился Мариан.

— Тогда вы свободны, можете возвращаться в Иоаннесбург. Господа, сделайте все возможное, чтобы избавить мою страну от темных, — говорила Василина с силой, — и я достойно вознагражу вас.

— Мы это сделаем и без всякой награды, ваше величество, — ответил Тандаджи, и они откланялись.

Стоило им выйти, Василина вскочила с кресла, нервно заходила по кабинету. Остановилась у окна, пытаясь успокоиться. За стеклом шел снег и одновременно светило солнце, Ренсинфорс был красивый, нарядный со своими яркими цветными домами на холмах, кривыми дорогами и белоснежным покровом на крышах и улицах, и королева Рудлога некоторое время наблюдала за снующими внизу машинами, спешащими по своим делам людьми, чтобы привести мысли в порядок.

— Почему Полина ничего не сказала нам? — спросила она горько, прижимаясь к теплому телу подошедшего сзади мужа.

— Спросишь у нее, — ответил Мариан, гладя ее по рукам сквозь тонкий трикотаж. Она была вся напряжена и зажата, и он развернул ее к себе, взял на руки, поднес к креслу, усадил на колени и продолжил гладить, как маленькую.

— У нас всегда в семье было бесконечное доверие, Мар, — жаловалась супруга, прижимаясь к нему и вздрагивая от нервного напряжения, — а тут узнаёшь, что родной человек что-то скрывал, жил двойной жизнью, да еще и вляпался в преступность. Я плохая сестра. Ведь сто раз с ней разговаривала по телефону и ничего не почувствовала, не поняла! Ведь могли же уберечь, ну неужели не поддержали бы, когда вылетела из института?

— Вы все очень гордые, — только и ответил он.

Василина завозилась, поднимаясь с его колен.

— Надо звонить Алине, — объяснила она. — И да, ты прав, иногда наша гордость нам мешает. Я вот знаю, что мне ответит сестра сейчас. А мне так страшно, Мариан, ужасно страшно! Я видела, что может сделать один демон.