Шёл бы ты к лешему…

Валдеш каким-то чудным образом смог самостоятельно найти дорогу к лесному терему, а теперь ещё и смотрел на хозяина недовольно. Кому понравится такое вызывающее поведение в своём-то доме?

— Мне нужно поговорить, — Дарвальд бросил взгляд на верхний этаж.

— Так уже сто раз разговаривали... — леший не торопился приглашать гостя в дом, да и о чём ему с принцем разговаривать?

— Мне нужно с Русленой поговорить, — внёс существенное уточнение Ведьмак.

— А с чего ты взял, что она здесь? — хозяин склонил голову к плечу и внимательно посмотрел на жениха дочери из-под сведённых бровей.

— Я не мог ошибиться, — Дарвальд достал из-под ворота жемчужину.

— Вон оно как... Ладно, будет тебе разговор, только когда Руслена освободится, — леший всё-таки открыл дверь в терем и пропустил гостя.

— Чем же таким важным может заниматься моя невеста в лесной глуши? — расслабленно спросил принц, а леший тут же решил наказать Ведьмака за такое пренебрежение к его дворцу и лесу.

— А ты думаешь, что один только хочешь пообщаться с моей дочерью? Нет, у неё сегодня и другие гости имеются.

— Кто? — голос Дарвальда стал сухим.

— Да братец твой двоюродный у Руслены, — невозмутимо ответил хозяин дома.

Леший с усмешкой проследил за тем, как Ведьмак сорвался с места и бросился вверх по лестнице.

— До чего молодёжь невоспитанная пошла! Даже договорить не дал...

А Валдеш уже миновал лестничный пролёт и вихрем летел к покоям Руслены. Возле двери он увидел и своего соперника, задумчиво разглядывающего резные наличники.

Разводить политесы Ведьмак не стал. Он попросту схватил Варлекса за грудки и приложил его к дверному косяку.

— Я, что, непонятно объяснил? — тьма поползла по рукам Ведьмака.

— Сбесился, что ли? — Лексаш попытался вырваться из железных объятий. Магию он пока тоже контролировал.

— Ой, Руслена, смотри, кто к нам пожаловал... — женский голос отвлёк Дарвальда от мстительных планов.

Дарвальд оглянулся на приоткрывшуюся дверь и только тогда отпустил брата.

— Валдеш? А ты здесь как оказался?

***

Целую неделю я тосковала в одиночестве. Пусть матушка и сказала, что никуда Ведьмак не денется и сам придёт, но я не была так уверена. Ведь прежде между нами были весьма странные отношения. Вроде бы и вместе, но, в то же время, никакой открытости и ярких эмоций. Во всём этом я винила в первую очередь себя. Ведь знала же, что любовь нельзя силой навязать, так не утерпела. А вот теперь расплачивалась сомнениями и тревогами.