Нежеланный брак. Сделка с оборотнем

Толку ждать Дестина, если он всё равно ест только мясо…

Камеристка помогла мне одеться, привела мои волосы в порядок, уложив их в аккуратную причёску на затылке, выпустив лишь одну прядь. Лёгкий, почти воздушный макияж завершал образ.

В дверь постучали. Камеристка открыла и впустила мальчишку-посланника.

– Миледи, – он поклонился и протянул плоский бархатный футляр. – Вам просили передать.

– Кто? – слегка опешила, не ожидав.

– Его Величество, – мальчишка ещё раз поклонился, а я забрала презент.

Как только посланник ушёл, открыла футляр, тихо выдохнув поражённое «ох»…

На бархатной подушечке сверкал голубыми камнями гарнитур, состоящий из серёжек, ожерелья и браслета.

– Украшения прекрасно дополнят образ, – со знанием дела произнесла камеристка и помогла мне надеть их.

Камни поблёскивали, завораживая.

– Это очень щедрый подарок, – прошептала, глядя на себя в зеркало.

– Император дорожит своим верным «псом», а раз вы теперь его жена, то и вами… – сдержанно произнесла камеристка и поклонилась.

– Я принесу накидку и провожу вас к карете.

– В этом нет необходимости… – в гостиную вошёл мой без часа муж. Он решительно двинулся ко мне и набросил на мои плечи плащ с капюшоном.

– Желаю вам всего хорошего, – вежливо произнесла камеристка и откланялась.

Мой взгляд непроизвольно соскользнул вниз.

– Твой бок…

– В порядке. Хочешь убедиться? – впервые глаза Дестина хитро сверкнули. – Пойдём, – он взял меня за руку, неожиданно прижав к себе.

Я действительно думала, что мы пойдём, но мы шагнули в клубящийся туман, а я едва смогла сдержать крик…

Туман обволакивал и создавалось впечатление, что меня погрузили в густой кисель.

Кожу неприятно холодило, и я не рисковала открыть глаза. Лишь ощущала гулкое биение собственного сердца, а вот у Дестина… сердце как будто вовсе не билось. И как я не прижималась головой к его груди, ничего расслышать не могла.

– Ты прилипла? – раздался его ровный, вечно отчуждённый голос над головой.

Вскинула взгляд и отступила.

– Мы… – слова застряли в горле.

Огляделась, нахмурившись, а потом поняла, наконец. – Мы в келье Храма?

– Да, – бесстрастно кивнул «пёс» и застегнул верхнюю пуговицу белого камзола. – Твои родные ждут в зале у алтаря, – произнёс и потянулся к завязкам плаща. – Снимай.

– Точно, – спохватилась и сбросила плащ. Замешкалась на секунду и всё же спросила: – Почему мы переместились, а не поехали в карете?

– Вынужденная мера предосторожности, – просто отозвался «пёс», подставляя локоть.