Прах любви

Ну не холодно мне, не холодно. И цистит мне не грозит, чего вот пристал?

— Ты не посмеешь, — наоравшись, прохрипел Крей, на что даже Матс скептически хмыкнул, я же только бровь вздёрнула, он меня действительно не знает.

Раз уж он так болезненно отреагировал на предложение кастрации, то действовать решила иначе, и стала потихоньку наполнять кровь в не очень-то нужный ему орган, хотя фактурно, в этом муженьку не откажешь.

Мужчины удивлялись, каждый на свой лад, но обоих такая неуместная эрекция смутила, до тех пор, пока процесс не пошёл дальше, предполагаемого физиологией.

— А не лопнет? — рассматривая уже изрядно побагровевшее достоинство Крея, сипло спросил Матс, избегая встречаться со мной взглядом.

Ну вот, а такие планы на воина были, но, думается мне, такого изуверства над отдельными частями мужского организма, он ещё долго не забудет.

— Вполне, — хихикнула я.

Кажется, мои смешки стали последней каплей и Крей завыл. И от боли, и от страха, и от безысходности.

— Скажу... смогу, — смогла различить я часть слов.

— Начинай, — милостиво взмахнула для вида рукой, и остановила накачку крови, но и излишки убирать, пока не спешила.

Слов было много. Очень много, но столько лишнего, бесполезного для меня, что пришлось возобновить процесс кровоснабжения, дабы муженёк вспомнил, о чём я его в принципе спрашивала.

— Король заставил, ты в обмен на жизнь брата, — проорал Крей, со слезами смотря на пульсирующую кровь под натянувшейся кожей.

Какие мы впечатлительные, однако. И сентиментальные, не думала, что жизнь Тиля для Крея хоть что-то значит.

— И на чём же так попался Тиль, что тебя взамен наградили мной?

— Он украл Искру у Лиона, — взвыл муж, а я удивлённо цокнула языком.

И было ведь отчего, Искра — это не ларец с бесполезными самоцветами, это даже не просто усилитель, вроде моего браслета. Это источник магии, сильный, очень сильный и самодостаточный. И что самое странное, очень хорошо охраняемый, так даже самого Лиона не стерегут, как сокровищницу с такими реликвиями.

— Почему меня?

— Я не знаю, я пытался разузнать, но ничего подозрительного не узнал. Родовитая, богатая, воспитанная, — размеренно начал говорить супруг, кажется больше не пытаясь сопротивляться.

— А меня ты спросил? — вспомнив про дыру в сердце, зло бросила я.

— Я тебя не опаивал, просто соблазнил, — также монотонно ответил он.