Прах любви

А вот апогей растерянности у князей и их приближённых был достигнут.

— Дорогие гости, позвольте представить вам моего брата, Борна Руста, — обратилась я к изумлённым мужчинам.

— Я Линд, — дёрнул меня за рукав Борн, а у меня на это только брови вверх взметнулись.

Лион его усыновил что ли? Это же надо столько наглости было набраться. Захотел личного тёмного мага?

— Нет, Борн. Как только вытащим алтарь, ты станешь полноправным Рустом, — отрезала я, и немного подумав, всё-таки добавила: — Если не найдём отца, я тебя усыновлю.

Мальчик просиял и принялся активно поглощать завтрак, на зависть князьям, у которых аппетит пропал окончательно. Готова была поспорить на что угодно, но правители точно знали, что это за ребёнок.

— Можно тебя попросить об одолжении? — спросила у брата, пока он дожидался перемены блюд, елозя на стуле.

— Конечно, — выпрямившись, важно ответил мальчик.

Малыш ещё совсем, а одно, что и спинку прямо держит, и кушает, несмотря на явное нетерпение, аккуратно.

— С минуту на минуту прибудет кортеж Его Величества, ты же с ним знаком? — Борн кивнул, продолжив внимательно слушать. — Предлагаю тебе сопровождать меня на этой встрече.

— А Болю можно будет взять?

— Обязательно и Болю, и твоего учителя.

Мальчику большего и было не нужно, и он продолжил свой завтрак, а я же с нескрываемой усмешкой ловила на себе крайне обеспокоенные взгляды. Причём наиболее нервно вели себя отнюдь не сами князья, а послы и их сопровождающие.

Все собравшиеся потянулись за нашей процессией, стоило только нам покинуть столовую. Можно было и оставить их соблюдать протокол, но я решила не ограничивать князей. В конце концов, решение об их дальнейшей судьбе не было окончательно сформировано.

Встречали монарха мы при полном параде, несколько рот воинов, кадавры и я в траурном наряде с Борном, держащим меня за руку. Одет он был просто, но Боля, стоявший за нами компенсировал непрезентабельность его костюма.

Во двор въехали десятки карет, окружённые сотнями гвардейцев, и вперёд выбежал мальчишка с трубой. Вот только фанфар нам ещё и не хватало. Взмах руки и дудка оказалась в руках одного из моих воинов, а сам же мальчик был отправлен в дальние ряды.

А дальше началось настоящее представление. Гвардейцы перестроились в живой и очень яркий коридор, по которому медленно катались кареты.