Прах любви

А я безуспешно пыталась справиться со злостью. Или и не стоит?

— Лекси, — очень мягко и очень настороженно, обратился ко мне Матс, отделившись от остальных мужчин. — Есть возможность сохранить видимость существования тюрьмы, тебя устроит или саму крепость тоже желаешь стереть в порошок?

А мне нравится такой подход. Сказала прыгай, а в ответ только уточнения с какой высоты.

— На крепость мне плевать, — хмыкнула я. — Но пока пусть стоит, а вот после я собственноручно разнесу её в пыль.

Долго ли двум десяткам воинов приготовиться к штурму самой охранной тюрьмы в королевстве? Оказалось, пара минут, большую часть из которых, Матс раздавал указания Боле и Тени.

Боля положил свои огромные руки на скалу и зарычал. Низко, вибрируя всем телом, и в этот же момент Матс подхватил Тень, и мужчины размазались в воздухе, заставив меня поражённо открыть рот, вот как они так? Сколько же секретов хранит Северное войско.

Несколько секунд и мы с кадавром остались одни. Болю, будто пронзали тысячи молний разом, но он рычал и терпел. Мне оставалось нервничать и ходить вдоль пропасти. Смотреть на терпящего болезненные спазмы кадавра, и ничего не предпринимать.

Пять минут, десять, и рядом появился Матс.

— Боля, отпускай, — разрешил он и кадавр тут же осел на землю.

— Прости, но тебе придётся подниматься самой, — ловя, сброшенную верёвочную лестницу, и специальными крюками закрепляя её на краю скалы, немного заискивающе произнёс мужчина.

Серьёзно? Думал, я устрою истерику и начну топать ножкой? Ой, ладно, у меня там кадавр мешком рухнул.

— Боля, как ты себя чувствуешь? — пытаясь просканировать тело кадавра, тормошила я великана.

— Боля устал, — горестно вздохнул он, мне на радость, начиная шевелиться.

— Боля меня напугал, — в очередной раз, невольно подражая манере говорить кадавра, рассмеялась я.

Матс приблизился к нам и бегло проверил состояние Боли, помогая ему принять более удобное положение:

— Немного отдохнёшь и восстановишься, извини, друг, но силой пока делиться не буду, дома накачаем по самую макушку, — одобрительно похлопал его по доспеху. — Если сможешь, поднимайся.

Не нравилось мне бросать тут кадавра одного, но и выбора не было, да и он сам отмахнулся от моего предложения посидеть с ним.