Зелье первокурсников

В уверенности, что все можно исправить, я быстро поставила однозначную подпись под харю – «Том» и удовлетворенно отряхнула перчатки. Так-то лучше. Еще раз оглядела картину и захрустела дальше.

Адепты мне попались только у дверей. Парни присмотрелись и, как будто что-то припоминая, поздоровались. Здоровались многие, но они даже не знали, как меня зовут. История стычки ведьмы и боевика облетела всех, и неделю я была почти знаменита. Но среди постоянных занятий это быстро забылось. Тем более к тому времени у нас еще появилась дополнительная боевая практика, и людям окончательно стало не до чего.

Итогом недели моей популярности стала целая бутыль неопробованного зелья отсыхания, которая теперь мирно стояла в моем шкафу. Но в остальном история забылась.

Наступила зима, и пошел второй круг соревнований среди четверок. Откровенно слабые связки выбыли, и теперь началось самое интересное. Практически каждая команда обзавелась поклонниками. У четверки Ильима это были ведьмы со всех курсов. У эльфа, кажется, не было нефанатов, за его четверку болели даже преподаватели и соперники.

За остальных болели по мелочи.

И только команда Лил имела всего одного ярого болельщика в лице меня. Иногда ко мне присоединялся застигнутый врасплох граф, и ему волей-неволей приходилось болеть. Но, конечно, в рамках приличий, поэтому его боление могли принять на свой счет и адепты команды-соперника.

А у Лил все было печально. Они с Витором встречались. К тому же часто перед боем, наплевав на приличия, целовались.

И те, кто пришел посмотреть на красивую ведьму или прекрасного боевика, уходили. На трибунах оставалась я с графом и болельщики команды-соперника.

Вот и сейчас я собиралась опять болеть за них и даже нашла соратника. Была надежда, что, вопреки рассеянности, он не забыл, что я его нашла.

Но надежда быстро испарилась, когда после пяти минут стука мне никто не открыл. Кто бы мог подумать, что я умею так барабанить в дверь. Мои удары разносились по людному коридору как выстрелы.

И с каждым новым все больше неоднозначных взглядов бросали в мою сторону. Были даже те, кто широко улыбался. Хотя помимо меня по мужскому общежитию ходили и другие девушки.

– Невозможный эльф, – пробурчала себе под нос и опять забарабанила.

За дверью послышались звуки, а потом мне даже ответили, из глубины и по-прежнему из-за закрытой двери:

– У меня очень хороший слух.

– Ты уверен?

– Я слышал, какими словами ты меня называла. Могу перечислить.