Лиса в аптечной лавке

Действовала бы я по-другому, если бы сразу поняла, что случилось? Трудно сказать сейчас, да и все равно время назад не отмотать.

— С другой стороны, как бы бедняжка уживалась с пасынком? Граф души в сыне не чаял, а норов у наследника всегда был…

Я сладко улыбнулась.

— Но ведь терпение, ласка и смирение непременно смягчат любое сердце?

— Хорошо, что ты это поняла, — обрадовалась Люция. — Думаю, вы помиритесь, а я замолвлю за тебя…

— Не стоит, — перебила я. Добавила, чтобы смягчить впечатление: — Вы сами сказали, что он сложный человек, и не стоит вам… — чуть не сказала «подставляться», — его провоцировать или давать повод думать, будто я жалуюсь на мужа всем подряд.

Вернется — попробую извиниться и спросить, можно ли как-то исправить ситуацию. Конечно, и ему есть за что извиняться, но я привыкла признавать свои ошибки. А там уж, решу, как поступить, в зависимости от того, что он ответит.

— Да, ты права, я бы не хотела с ним ссориться. Но тебе тоже не следует давать мужу повод плохо о тебе думать.

Я вздохнула. Так и не научилась носить украшения.

— Да, конечно.

Сообразить бы, где я его оставила. Я оглядела туалетный столик. Нет, не здесь. Ладно, ничего страшного. Чужих никого в доме не было, найду, никуда не денется, а сейчас не хочется тратить время на поиски.

— Надену, когда вернусь, — сказала я. — Боюсь потерять, еще не привыкла.

Люция покачала головой.

— Нехорошо, если новобрачную увидят без свадебного браслета.

— Но мы же пойдем на рынок! И меня там никто не знает. Да и в ломбарде не стоит, чтобы узнавали, а то сплетни пойдут еще сильнее, правда? — Я захлопала ресницами, изобразив настолько наивное выражение, на какое только была способна.

Люция покачала головой. В наступившей тишине прожужжала муха, ударилась о стекло.

— В чем-то ты права. Наверное, в самом деле не случится ничего страшного, если ты наденешь браслет, вернувшись домой, — сказала соседка.

Я вынула из стенного шкафчика, закрытого магией, шкатулку. Разложила на столе украшения.

— У Надин был вкус, — заметила Люция.

В голосе ее промелькнуло что-то вроде зависти. Зря я показала ей все украшения сразу, надо было сначала отобрать несколько.

С другой стороны, я в любом случае богаче соседки: лучший целитель столицы явно не только за идею работает. Почему-то от этой мысли мне самой стало неприятно.