Подставная невеста для упрямого принца

Так, по-вашему, для вас будет лучше? Сопроводить вас в суд – единственное, чем по закону я могу действительно помочь!

– Ваше высочество, – терпеливо окликнул Церестин, но по сцепленным узловатым пальцам было видно, что старик тоже забеспокоился. – Строго говоря, степняки нам больше не угрожают.

– Они всегда нам угрожают, – отрубил принц.

– Но их военный сезон уже подходит к концу. Опытные разведчики единогласно сходятся на том, что ночью был прощальный «подарок» и что племя уже ушло вглубь степи. Вспомните, вы же сами говорили перед тем, как уехать из лагеря позавчера, что если не достанем их сейчас, то в этом году о них можно уже забыть.

Лицо Баво становилось всё темнее и темнее. Еще бы – Церестин портил такой замечательный повод избавиться от меня!

– Ваше высочество, – продолжал увещевать архимаг, – ритуал, о котором писала ваша мать, необходимо провести во что бы то ни стало. Вы не можете, не имеете права махнуть на него рукой и в этот раз, иначе последствия будут катастрофическими для всего вашего рода и для всего Грелада.

Его блеклые от возраста глаза засверкали, словно у проказливого юнца. Он наклонился ближе к Баво и зашептал почти что ему на ухо.

– Вы можете представить леди Дэверим своей матери как вашу избранницу. Это будет выгодно вам обоим. Она избавится от преследующих ее наглецов, а вы на ближайшие несколько лет – от посягательств родственников на вашу личную жизнь. Только представьте: больше никаких девиц, подосланных вашей благословенной матушкой!

Темные брови принца сошлись на переносице.

Меня от нее совершенно точно замутило. Но если бы я упустила этот шанс, то была бы круглой дурой. Поэтому я мысленно взмолилась Небесам и улыбнулась Баво так мило, как могла.

Ну же, вреднючий принц. Соглашайся!

– Нет, – произнес он, и меня поразила пустота… нет, даже мертвенность в его глазах.

Вот же упрямый осел!

– Ваше высочество! – засуетилась я. – Пожалуйста, подумайте еще раз…

Но он уже опять махнул рукой и отвернулся. Последнее, что я увидела, когда стражники под руки вытаскивали меня из шатра, это бледное лицо принца, его плотно сжатые губы и встревоженный архимаг, который еще продолжал тихо что-то доказывать.