Герцогиня поневоле, или Проклятие Зверя

И вспомнился, как назло, запах Тимура, его объятия, которые мне, вот уж теперь точно, едва ли ощутить. Я разозлилась сама на себя и отпихнула Эльда.

– Оставь меня, говорю! Я в порядке!

– Простите, госпожа. – Он выпрямился и отвел темный взгляд. – Я хотел как лучше.

– Хорошо. Позови мне лекаря и принеси что-нибудь поесть. Кажется, я успела проголодаться за эту... неделю.

Кормили, надо признать, здесь неплохо. Просто, но горячо и сытно: хлеб, томленая индейка с овощами. Видимо, день перевалил за полдень – это больше похоже на обед.

Странно, конечно. Обычно новая жизнь начинается с рождения, а у меня как-то нелепо – с середины. Но что теперь! Ни слезами, ни нытьем, очевидно, делу не поможешь. Колотить подушку я уже тоже пробовала.

Все еще не так плохо, особенно, если у меня будут “свои” люди, как этот Эльд. С ним, правда, не так просто, если он благородного происхождения и друг пропавшего без вести лорда-хозяина, но при этом неровно дышит к его жене – бедной леди Найрин.

Не успела я окончательно прийти в себя, как в дверь постучали.

– Я могу войти, ваша светлость?

– Можете, – что-то прозвучало не совсем так. – Войдите!

Лекарь оказался совсем молодой человек, не больше двадцати, худой, взъерошенный и бледный. Но, думаю, выбора у меня особо нет.

– Его милость господин Эльденгерд попросил осмотреть вас ещё раз.

С некоторым колебанием он попросил меня пошире открыть глаза, приставил к грудной клетке трубочку с широким основанием и что-то забормотал под нос.

– Вы выглядите здоровой, ваша светлость! – радостно отчитался лекарь, собирая инструменты. – Дыхание в порядке!

И он едва слышно добавил:»“Надо же, а я думал, умрет».

– У меня хороший слух, господин лекарь, – прохладно отозвалась я.

Господин? Сеньор? Как у них тут вообще принято? А, ладно, пусть спишут на бред после долгой болезни, а там разберемся.

Лекарь вздрогнул и сбивчиво сказал:

– Я говорю, слава всепрощающей Матери, что вы живы! Мы молились за ваше здоровье всю седьмицу. Это настоящее чудо!

Знал бы ты, лекарь, что такое «настоящее чудо» и кто перед тобой на самом деле – держу пари, описался бы от восторга.

– Значит, я могу вставать?

Паренек смерил меня подозрительным взглядом. Что, слишком живая «умирающая»? Даже сделал пару шагов, чтобы осмотреть со всех сторон.