Добро пожаловать в СУРОК

В общем, как Князев на самом первом собрании, закинул удочку, раззадорил любопытство и щелкнул по носу, ага.

Ну и раз есть наш мир, есть другие миры, и есть Ничто, то «ничем» его стало звать нелогично. И тогда-то Ничто переименовали в Междумирье.

Пару веков, как я поняла, народу удавалось скрывать Междумирье, но потом, ясное дело, информация дошла до главы одного государства, затем до другого. И Междумирье начали делить. А внутренние порталы в другие миры захватывать и хранить как зеницу ока.

Создали Совет, отвечающий за общую безопасность Междумирья, контроль сохранения тайны и регулирование взаимодействия между другими организациями вроде нашего Сурка.

По совместительству — главный карающий орган нарушителей.

СУРОК же непосредственно был создан в начале девятнадцатого века на территории, принадлежащей тогда еще Российской Империи. А последние лет сто им руководит династия Князевых. И несмотря на относительную молодость нынешнего директора, право Станислава Сергеевича никем не оспаривается, ибо традиция.

И когда Борис Юрьевич рассказывал обо всем этом на лекции, все казалось ясным и логичным, особенно в сравнении с тем, что до этого сразу после прибытия нам сообщил директор. А сейчас, лежа в своей кровати, не в силах уснуть после похода в библиотеку, и пытаясь в очередной раз систематизировать известные мне данные, я понимаю, что реальной информации здесь не больше, чем в сказке про Колобка. Немудрено, что Любимов пошел искать подробности, с именами, фамилиями и датами.

И все же.

Если полная история Сурка есть в библиотеке в свободном доступе с единственным условием, что ее нельзя выносить из читального зала, то что такого мог там найти Руслан? И нашел ли в принципе, или мы с Холостовым на безрыбье сделали рыбой книгу? Даже голова разболелась.

Смотрю на часы, со вздохом убеждаюсь, что спать осталось чуть меньше двух часов. Молодец, Лера, самое время вспоминать лекции.

Глава 21

Воспоминание 92

27 мая

Яна косится в мою сторону все эти дни, но поспешно отводит глаза, стоит нашим взглядам пересечься.

Стыдно, что поддержала Аршанскую и нагло соврала на мой счет? Ее проблемы, я не отпускаю грехи.

Вот и сейчас, сидя на уроке у Веры Алексеевны, снова ловлю на себе задумчивый взгляд Кожуховой с соседнего ряда. С вызовом приподнимаю подбородок, мол, чего тебе? И все как по накатанной: отворачивается и с усиленным вниманием записывает лекцию. Цирк.

Воспоминание 93

Еле доживаю до обеда. Спать хочется больше, чем дышать.