Лиат душа Эсхейма

Монет, найденных в шкатулке Гуннара, было совсем немного, цен я не знала, а признаваться в том, что новый лорд бедный как церковная мышь, было почему-то стыдно.

— Кхм… — поперхнулся после моих слов старик, опасливо покосившись на охрану за моей спиной, быстро проговорил, — что вы госпожа, разве ж лорд покупает на своей земли, берите сколько надобно.

— Спасибо, — поблагодарила, едва сдержав вырывающиеся ругательства, с трудом отломила небольшой кусочек и положила кроху в рот, — очень вкусно.

— По семейному рецепту, такого сыра вы госпожа нигде не возьмёте, — всё же не удержался старик, нахваливая свой товар, хотя отдавать лорду земель было жалко, это было заметно по бегающему взгляду и поджатым в тонкую линию губам.

— За этот кусок с неё сколько возьмёте? — спросила, кивком показав замершую в стороне от нас рыжеволосую девчушку.

— Двадцать медяшек, — ответил дедок, спустя несколько секунд, мысленного подсчёта.

— Хорошо, — улыбнулась торговцу сыром, отсчитав двадцать медяшек, ссыпала их на стол и забрала свою покупку, тут же отдав её Бергит, чтобы та положила в мешок.

— Что вы госпожа! — тут же воскликнул старик, но я, покачав головой, остановила мужчину, громко проговорив:

— Труд должен оплачиваться всегда.

Остальной обход торговых столов прошёл уже эмоционально полегче. Мои слова быстро разнеслись вдоль ряда, и люди перестали с хмурым видом на меня смотреть и с облегчением выдыхать за моей спиной, когда я проходила мимо их столиков. Наоборот, сейчас они старались показать свой товар с лучшей стороны, расставляя самые красивые и лакомые, по их мнению, ближе к краю.

Пришлось раскошелиться и купить у бабульки небольшой туесок с мёдом, а у девчушки лет пятнадцати на вид, с курносым носом и раскосыми глазами — мармелад. Когда я его увидела, то не смогла удержаться. Настоящий, без химии на ягодном соке… как пройти мимо такой сладости.

Также наш небольшой мешок пополнился на два свежеиспечённых кренделя, трёх яблок, кружку клюквы и пучком умещавшемся в руку, вяленого мяса.

— А рыба где? — спросила, остановившись у последнего столика, беглым взглядом окинув ножи, ложки, вилки и прочие столовые приборы.

— Рыбный рынок каждый день на берегу, ближе к вечеру, утром рыбаки уходят в море, а возвращаясь сразу расторговываются.

— А вечером это когда?

— К закату, — ответила Бергит, догрызая морковь, купленную у старушки.

— Ясно, значит пока всё, возвращаемся домой, — скомандовала, первой устремилась к горе, на которой был построен замок.