Танец миэры

Отречённый медленно и неуверенно поднялся на ноги.

- И вот это ничтожество хотело править моей империей?

Слова резко хлестнули Шириса по самолюбию, но ничего ответить он не мог. Магии в нём по-прежнему не было, а жизнь, которая вернулась, была субстанцией слишком ненадёжной. 

Интерес к самому заговорщику на время сменился интересом к сотворённому им артефакту.

- Милена, как думаешь, сможем уничтожить? - Трастен с отвращением смотрел на кристалл, который очень походил на человеческое сердце, даже пульсировал, как живой.

 Ширис зло усмехнулся. Как бы ни был могуществен повелитель некромантов, над артефактом его власть не распространяется. Никакая тёмная сила не справится с кристаллом.

- Могу попробовать. Но вы, Нерис, должны понимать, что это будет эксперимент, - миэра отказалась брать камень в руки, слишком противно было.

Ширис вскинул голову на прозвучавший женский голос. Его поразило то, что женщина не проявляла должной почтительности к повелителю, обращаюсь к нему, как к равному.

Разве такое вообще возможно? Это когда правители находились в таких тёплых отношениях с северными девами?

Сама княжна выглядела довольно здоровой, что тоже было удивительно, ведь все знали, что жизнь миэр в тёмной империи заканчивалась весьма быстро.

Страх выступил холодным липким потом на спине отступника: неужели пророчество и впрямь настоящее? Тогда вся его жизнь - лишь глупая и бесперспективная трата времени.

А повелитель продолжал удивлять, обсуждая с северной девой да ещё в присутствии простолюдинов проблему ценой в целое государство.

- Милена, нам нужно попробовать. Вещь, конечно, ценная, только я не хочу неприятных последствий. Мы с тобой это уже обговаривали. Вот если не получится, тогда будем думать, как поступить дальше.

- Ничего у вас не выйдет.

Повелитель недоверчиво оглядел пленника, ведь его слова предполагали, что он на себе поставил такой же эксперимент, как и на прежних зомби. Бесстрашие отступника и его целеустремлённость заслуживали уважения, но вот цель и способы её достижения... 

Трастен отвернулся.

- Милена, ты зря только переживала.