Магнат

 – Только тогда каждый из вас по кисету махорки должен будет.

– Мы же толпой затопчем одиночку, – переглянувшись с братвой, подбоченился задира.

– Разрешаю даже складные ножи достать, – подбодрил глупышей бывалый морской волк, многократный участник кабацких драк. – Бейте батюшку чем хотите. Если сумеете нанести ему хоть царапину, то я за всю вахтенную команду палубу отдраю.

– Ну, дядька, закатывай рукава? – не сомневался в превосходящей силе дюжины молодцов затейник.

– Дерзайте, удальцы, – похохатывая, указал мундштуком трубки направление атаки боцман.

 – Надысь господин Ронин сам спрашивал доброхотов, рукопашному бою учиться. Вперёд, охламоны!

– За мной, братва! – взяв швабру наперевес, первым ринулся в безрассудную атаку вахтенный.

Матросы засучили рукава тельняшек и дружной гурьбой поддержали задиру. Те из них, кто не очень-то надеялся на кулаки, достали из карманов складные ножи. Резать «гимнаста» по-серьёзному никто, конечно, не собирался, цель – лишь поцарапать кожу. В победе морячки не сомневались.

Ведь добрая дюжина на одного!

Однако Алексей как будто и не заметил внезапной атаки, казак даже темпа движения по палубе не изменил. Боец лишь сократил амплитуду ударов, не доводя их до завершения.

Матросы разлетелись во все стороны, словно сдуру наскочили на вращающиеся лопасти мощного ветряка. И четверти минуты не прошло, как вся братва уже корчилась на палубе. Подниматься в повторную атаку никто из поверженных не спешил. Лежачих не бьют.

– Силён батюшка, – вставая на четвереньки, шумно всосал ртом воздух главный задира.

И, повернув голову к боцману, злорадно ухмыльнулся: – Однако же древко швабры не сломал.

– Салага, важнее оружие у врага отобрать, чем испортить, – раскуривая трубку, поучил мастерству рукопашного боя боцман.

– Уговор был швабры кулаком перебить, – не желал расставаться с табачком вахтенный.

– Ваше благородие, уважьте братву – разбейте парочку деревяшек о тупые бошки, а то не до всех дурней сразу доходит.

– Завсегда пожалуйста, – улыбнулся казак и стопой подбросил в воздух выроненную агрессором швабру.

Ладонью поймав на лету реквизит, покрутил древком, словно лопастью пропеллера. – Лови, браток, и держи крепко обеими руками.

Матрос, встав на колени, еле успел поймать летящий в голову предмет.

В следующий момент казак прыжком очутился перед жертвой и картинно занёс руку для рубящего удара.

Матрос инстинктивно поднял древко над головой, стремясь защититься от атаки.