Магнат

Капитан «Морского казака» мог бы и удобный трап опустить, но демонстрация мощи бразильского флота Лебединскому очень не понравилась.

– Ох, господа, чую я какой-то подвох от американских аборигенов, – опираясь обеими руками о фальшборт, склонился капитан и высмотрел внизу ещё одного странного персонажа. – Опа, таможня ещё и католического священника за собой тянет. Как же, бедолага, будет в сутане по верёвкам карабкаться… О, догадался падре полы за красный пояс заткнуть… Ползёт, червяк сухопутный.

– Слава о «Морском казаке» летит быстрее ветра, – поддержал озорной тон беседы полковник контрразведки.

 – Видать, сильно мы англичан в Гибралтаре напугали, раз бразильцы за собой не только весь цвет флота привели, но и без экзорциста на палубу дьявольского корабля ступить бояться.

– Зря веселитесь, господа офицеры, холодный приём не сулит успеха в дипломатии, – нахмурился генерал-майор Беляев.

– А зачем лишние политесы разводить? У нас сейчас миссия коммерческая, – хохотнул Кондрашов.

 – Нам бы броненосец по дешёвке продать и дальше следовать.

– Да, в жаркой, сырой Бразилии задерживаться не резон, – задумчиво кивнул Беляев. Всё плавание он корпел над географическими картами, атласами и кипой справочников, подыскивая подходящий вариант для размещения казацкой колонии.

– Ах, чертовски жаль расставаться с флагманом Черноморского флота, – любовно погладил ладонью нагретый на солнце металл капитан броненосца.

– Погодите горевать, Алексей Ильич, навесить аборигенам на шею столь дорогую цацку будет непросто, – похлопал Лебединского по плечу генерал.

 – Броненосец мало за полцены купить, его ещё и обслуживать как-то надо. Да и англичане тоже сделке рады не будут. Вон, как аборигенов настроили против русских. Нет, господа, дело гиблое – не всучим мы корабль бразильцам.

Из-за фальшборта показалось раскрасневшееся лицо таможенника. Подскочившие дюжие матросы помогли толстяку выбраться на палубу броненосца. Следом вытащили на свет божий натужно пыхтящего католического священника.

Важный чин таможенной службы одёрнул задравшийся китель, надменно вскинул подбородок и попытался посмотреть на русских офицеров свысока. Однако росточка толстяку для этого явно недоставало, и кривляние выглядело карикатурно. Тогда начальничек вознамерился взять на голос и, брызжа слюной, затараторил по-иноземному.

Напрасно капитан попытался на английском языке урезонить разбушевавшегося деятеля.