Моя Прелесть

Янка с Пашкой хотели припустить следом, но Артур не позволил.

– Рядом, – рявкнул он.

Я видела, что наш командир был очень недоволен и боевой выучкой, и дисциплиной своего маленького отряда. Но лично мы с дядей делали все, что могли, все соки из себя выжали. Не знаю почему, но в этом Замке каждое движение давалась в разы тяжелее, чем в моем родном городе.

– Кошмар… Буду занима…ться спортом, – выдавила из себя я.

– Мы в высокогорье, Крис, – пропыхтел дядя, – поэтому нам так тяжело.

– Но тренировками я вас загружу, когда выберемся, – отозвался Артур, услышав наш отрывистый разговор.

Тем не менее, Артур умерил свой пыл и сбавил шаг. А вместе с ним притормозили и Янка с Пашкой. По их кислым рожам нетрудно было догадаться: в отличие от нас с дядей, им очень хотелось побегать. 

Этот коридор был очень похож на тот, что вел в комнаты дяди. Такая же белизна, стерильность, стеклянные двери. Вот только все камеры пустые. Лишь в одной сидел на циновке человек. Он проводил нас безразличным, ничего не выражающим взглядом.

– Может, выпустим бедолагу? – облизнулся Пашка. – По-моему, он засиделся. Пусть побегает. И ему полезно кровь разогнать, и нам в радость.

Но ему никто не ответил. Мы подошли к проему в стене, который вел в небольшой тамбур с непрозрачной дверью. На ней красовалась золотая табличка «Палата №1». Антон возился с замком, но его заело.

– Отойдите, господин хороший, – заявил Пашка, потом посмотрел на Янку: – На счет «раз»…

«Раз» он больше не говорил.

– Упс!

Ребята с грохотом влетели в кровать-каталку и опрокинули ее на стеклянный стол с инструментами и баночками.

– Вика! – метнулись вперед Антон и Артур.

Янка поднялась, держась за бок:

– Да нет ее здесь. Мы бы притормозили.

А следом вскочил на ноги Пашка:

– Мда! Бесшумного вторжения не получилось.

Но, судя по сияющей роже, его бесконечно радовало это обстоятельство.

Само помещение представляло собой причудливую смесь больничной палаты и шикарных апартаментов. До нашего прихода, по крайней мере. Одна из стен была стеклянной. За ней виднелась лаборатория с множеством разнообразных приборов, инструментов, колбочек и пузырьков. Но больше всего поражал железный стол посредине и огромная конусообразная вытяжка над ним.