Янтарный меч

Ярина перевела взгляд на Ивара: тот, не мигая, смотрел на нее, по лицу плясали отблески белого огня. Визг Слады смолк, но Ярина не шелохнулась: Ивар шел через поляну, задумчивость его исчезла, сменившись решимостью.

Она попятилась, когда он остановился в паре шагов, но не успела рта раскрыть – остолбенела, сраженная словами:

– Будь моей женой, маленькая варгамор.

На протянутой ладони сверкало обручье: скалились серебряные волки с яхонтовыми глазами. Алыми, словно кровь.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Даже если бы Ярина захотела, она не смогла бы ответить.

Ноги приросли к земле, изумление удавкой стиснуло шею, не давая ни слова выдавить.

Она, не сводя глаз с обручья, протянула к нему руку и отдернула. Вновь попыталась, но решиться не смогла. Рассуждать здраво? Невозможно, когда мысли бьются пойманными в силки птицами, оставляя одно смятение.

– Ты что, сдурел с горя? – Голос старосты разогнал марево бушующих эмоций. Ярина моргнула и попятилась, прижимая руки к груди.

– Не хочешь одну из наших девок, не надо.

Эту-то… – брезгливо бросил мужик и оборвав себя, продолжил спокойнее: – Пош-што?

– А чем тебе, уважаемый Перван, не угодила девушка? – раздалось хрипение.

Непонятно, как колдун успел оказаться рядом с ней. Ярина вздрогнула, когда на плечо легла ледяная ладонь, да еще и стиснула до хруста.

Она возмущенно дернулась, но мужчину тут же нехорошо шатнуло, пришлось стоять и делать вид, что он удерживает ее, а не держится сам.

– Ребенка спасла, нашла семью, заботилась.

Хозяйственная девушка, спокойная. Красивая. Чем не мать твоему внуку? Все равно он, как первенец, большую часть состояния унаследует. Думаешь, Орм обидит родную бабку?

Тетка вновь пошла красными пятнами, не найдя ответа. Не спорить же с благодетелем, даже если тот ткнул носом в попытки загрести богатство зятя.

Колдун продолжал:

– Бери ее, купец. Хочешь, прям завтра вас и обвенчаю, а после забирайте ребенка и уезжайте подальше.

Ивар счел ниже собственного достоинства отвечать.

Ярина стояла ни жива, ни мертва, мечтая провалиться сквозь землю. Лицо полыхало жаром. Колдун нахваливал ее, как товар на ярмарке. Рассыпал ли он любезности от чистого сердца? Вздор! Не была она дурочкой, чтобы поверить. Но в первый раз ее назвал красивой кто-то, кроме матушки, поэтому смущение побороть никак не выходило.

Селяне возмущенно загомонили: спорить с колдуном духу не хватило, а вот вразумить Ивара они попытались. Тот отвечал резко и зло.