Янтарный меч

По мановению руки люди отпрянули, белое пламя хранителей с гулом взметнулось в закатное небо.

Тяжело душе одной идти на ту сторону: через Реку Смородину, по Калиновому мосту, вдаль по Темной дороге. Провожает ее белокосая дева – Переправщица. Ведет она душу не весь путь, часть нужно пройти самому, и тяжела та дорога. Если человек был сильным, добрым – преграды не страшны. А если с черным сердцем пришел он на дорогу, или сомнения его не оставили – собьется и будет кружить вечно в кромешной тьме, пока не найдут его навьи, не выпьют досуха, не оставляя ничего.

Волхв должен заставить душу позабыть горести, дать силу пройти до последнего перекрестья, где расступается мрак. И Переправщица берет плату за работу кровью, выпивая из нее силу. Чем сильнее волхв, тем легче путь.

Милаве не повезло.

С ладоней колдуна сорвались потоки огня, змеями обвили краду, вмиг скрыли лежащее тело.

– Мила-ава-а, – надрывно закричала ее мать, бросаясь к костру. Староста едва успел перехватить тучное тело.

– Веша, не надо, – староста пытался ее удержать, к нему подскочили еще двое. – Ты мешаешь.

Огонь ревел, вздымаясь в небо, дым раздирал горло, ел глаза. Ярина не могла сдержать слез. Поэтому едва не упустила из виду мелькнувший в пламени тонкий силуэт и взметнувшиеся белые косы.

Колдун пошатнулся, несколько человек кинулись к нему, придерживая, но он продолжил лить пламя с ладоней в костер, пока тот с шипением не погас, словно невидимая рука окатила прогоревшую краду водой.

– Все, – устало выдохнул мужчина, утирая пот со лба трясущейся рукой. – Получилось. На рассвете похороните.

– Эк вы, господин, – с беспокойством покачал головой староста, выпуская тетку из объятий. – Каждый раз как последний выкладываетесь.

– Ничего, не надорвусь, – просипел колдун. У него подкашивались ноги, но он упрямо стоял.

Ярина непонимающе уставилась на него: этот у них еще и вместо волхва?

Ивар, глядевший на пепелище, стряхнул оцепенение и зашагал сквозь толпу к воротам.

– Стой! – раздался хриплый оклик. Мать Милавы, еще недавно заходившаяся воем, решительно поднималась на ноги. – Куда это ты? – Следы скорби на покрасневшем лице исчезли, сменяясь деловитостью. – Пора тебе другую жену найти, раз одну погубил.

Ивар замер, неловко повернувшись к теще. Сквозь непроницаемую маску на миг проступила растерянность.

– Веша, не надо.