Эльфийка: Переполох в Академии

Губы пульсировали, я пыталась понять, что должна делать, но никак не могла разобраться, тело вело себя так, как будто мне не принадлежало, или безвозвратно изменилось вот только что, и я теперь не знала, как оно работает, искала пути на ощупь, с радостью находя новые источники удовольствия, они все были в нём. Касаться губами, сжимать, прикусывать, царапать, дышать глубже. Его руки на моём лице, на шее, я поняла, насколько это приятно, и тоже стала гладиться об них сама, как кошка, наконец понимая, что он в этом находил, это невероятно.

— Юль, слушай, — он дышал как в лихорадке, прижимал меня к себе, покрывал поцелуями щёку и ухо, медленными, сильными, — Юлечка, шла бы ты домой спать, а? А то мы тут и останемся. Я не знаю, полнолуние это или что, но моя крыша держится из последних сил.

Я молчала, гладила его шею, плечи, медленно целовала скулы. Ощущать его напряжение и понимать, что это я с ним такое сделала, было нереально круто, это пугало, но я не собиралась его отпускать.

— Юль, иди.

— Не пойду.

— Может быть, я тогда пойду? — смущённо сказал лось.

Я замерла, Роман тоже. Мы секунду помолчали и рассмеялись, Роман мягко освободился из моих рук, опять обратился в волка и куснул лосика за ляжку, лосик его пнул, но не попал, Роман рассмеялся.

— Давай иди домой, серьёзно. Если мы завтра поедем в Академию, то надо выспаться.

— Ладно, — я взяла себя в руки и встала, всё ещё чувствуя внутри то трепещущее новое, что он мне подарил, но уже немного оправившись от шока. — Тебя телепортировать до оврага?

— Не откажусь.

— Пойдём вместе тогда. Лосик, спокойной ночи.

— И вам спокойной. Я утром приду под окно.

— Хорошо, до завтра.

Я взяла волка за загривок, подняла вторую руку, пытаясь поймать концентрацию, чтобы не запулить нас обоих куда-нибудь не туда. Сосредоточилась и переместила нас к оврагу, мы перешли его молча, остановились с той стороны. Светлый лес даже ночью оставался светлым, почти круглая луна легко просвечивала редкие кроны, мы стояли напротив, как будто прожекторами освещённые, я видела каждую шерстинку на его лице, медленно гладила его шею.