Я — твоя Кошка

Котик не знает. У него перед глазами всю жизнь проходила лишь череда жесточайших предательств и яркий пример острой боли от неразделенной любви. Как вообще он рискнул мне довериться?

— Ты стучишь мыслями, как кастаньетами, — впервые за вечер оторвав взгляд от экрана, он мне светло улыбнулся. — Лучше вслух все спроси. Я полчаса уже жду, когда тарелки начнут биться о мою глупую голову. Помилуй, любимая.

Я взяла и помиловала. Сразу же, не задумываясь о последствиях. Добрая я сегодня невероятно.

— Устала ужасно, — призналась, присаживаясь рядом с ним. — Хочу на теплые ручки. Кстати, а...

— Можно и нужно, — Кот сразу все правильно понял. — Обмен родительскими энергиями позитивно влияет на этот процесс. Дальше посмотрим, я просто не знаю. Никогда еще не был беременным, знаешь ли.

Слова прозвучали совсем не обидно. Даже наоборот. Хоть я и подозревала: он все это только что и придумал.

— Спатки хочу, — очень тихо пожаловалась.

— Перетопчешься, милая, — ровным тоном он мне произнес.

Я прямо-таки поперхнулась такой наглой ложью. Страдал он... над инобуком своим.

И хотела так прямо сказать, да не вышло. Меня уже раздевали. Без всякого спросу. Ну здравствуй, семейная жизнь.

— Но Марк, я...

— Возражения не принимаются. Муж твой чуть хвост себе не отгрыз от волнения! — его руки скользнули под тонкую блузку, только сегодня мной купленную, с явным трудом пробрались под широкую ленту плотно облегающего спортивного лифчика.

Этот роскошный любовник, умелый и чуткий, с женским бельем был на «вы», явно на мне изучая все премудрости хитрых крючков и застежек. На ощупь, порыкивая от нетерпения. Победил. Так забавно... Жестом собственническим совершенно горячие ладони Кот водрузил мне на грудь. И резко выдохнул прямо мне в ухо, его мочку легонечко прикусив:

— Ревность. Я впервые почувствовал ревность, — его губы шептали.

Удивилась. Поводов не было, что это он?

— К Леру? — осторожно спросила, от шелковой нежности шершавых, горячих ладоней уже совершенно дурея. Он стал для меня как наркотик. Притронулся к коже и все, я теряю рассудок. Голова пошла кругом, а тело и вовсе взбесилось. Вот что я творю?

— Ко всем, — провёл губами по шее быструю дорожку прикосновений вниз.