Леди и война: Цветы из пепла

Пусть же поберегут собственные.

Он сделал то, что должен был сделать. Еще один разговор, и можно будет вернуться.

— Барон, мне нужно с вами поговорить.

Провожают их взглядами. Все эти люди сомневаются сейчас, правильный ли сделали выбор, но Кайя надеялся, что страх убережет их от глупостей.

— Вина? — Гайяр почти спокоен и готов играть в гостеприимного хозяина.

— Пожалуй.

Высокий графин. Бокалы. Стекло особого оттенка «небесный пурпур», секрет которого мастера Кверро хранят многие столетия.

— Я позабочусь о том, чтобы… вам не пришлось приводить угрозу в исполнение.

— Буду весьма вам признателен. Присаживайтесь.

Одна жизнь от рода — это не такая и высокая цена.

— Я не знал о том, что происходит. — Гайяр присаживается. — Если бы у меня возникли подозрения…

— Они возникли. Но вам было невыгодно их озвучивать. Вы просто отвернулись.

— Это преступление?

Что ж, он хотя бы не пытается отрицать очевидное. А Кайя основательно забыл вкус вина.

— Нет, это не преступление. И убивать вас я не собираюсь. Более того, мне кажется, что между нашими семьями могли бы возникнуть узы куда более прочные, нежели сейчас. Вашему сыну два года?

— Уже почти три.

Барон умеет улыбаться искренне. Сын. Наследник.

Семеро законных дочерей и полторы дюжины бастардов женского пола. Появись мальчик, барон ввел бы его в род, но рождались девочки. Поразительное невезение.

Но однажды Гайяру повезло. И наследник его — величайшее из сокровищ барона.

— Я думаю, они с Йеном замечательно поладят.

Гайяр понял и сразу.

Неужели действительно рассчитывал, что Кайя отдаст ему дочь?

Иза бы его убила…

— Вы… возьмете Брайана заложником? — уточнил Гайяр.

— Что вы. Я лишь окажу вашему роду большую честь. Наши дети непременно подружатся. Станут неразлучны…

И в следующий раз, когда у барона появятся подозрения, он точно будет знать, как поступить правильно.

— Чего вы боитесь, барон? Как только Йену станет лучше, дети отправятся в Ласточкино гнездо. Там безопасно. Ваш сын получит хорошее образование и возможность, которой вы сейчас для него добиваетесь. Рано или поздно Йен станет протектором, а мы не имеем человеческой привычки отрекаться от тех, кого считаем близкими.

Изольда не одобрит: дети не должны участвовать во взрослых играх.