Восьмая наложница

Самому Лею он грозил всеми смертными карами, если тот не уследит за здоровьем прекраснейшей госпожи Мейлин. Между строк шла просьба не звать его, когда у высокопоставленной пациентки снова случится приступ ипохондрии, а успокаивать её своими силами. Потому, как она здоровее всего императорского гарема вместе взятого.У меня, кстати, не получилось сдержать своё слово. Обещала, что он будет здесь, именно, целителем, а не слугой. Но Лей сам виноват. Ему приспичило показать характер. Молодой человек взялся мыть полы сразу же после ухода старика.

– Я не буду сидеть без дела. Вы не нуждаетесь во мне, как целителе.– Очень нуждаюсь, Лей. Ты будешь следить за тем, чтобы все обитатели этого дворца были здоровы. Чтобы я правильно питалась. И мне не подсунули ничего вредного для ребенка под видом полезной еды. Я в этом не очень хорошо разбираюсь. Но так как чистота – залог здоровья, можешь заняться уборкой, если очень хочется. Девочки, и так, стараются. Но тут такой слой грязи и пыли, что приводить всё в порядок они будут ещё очень долго. Ты ведь тоже тут живёшь.Молодой человек опустил голову и очень тихо спросил:– Я могу сделать ещё что-то... для вас?– Да. Мои знания о беременности и родах, несколько, ограничены. Я надеюсь, ты поможешь мне советом, когда это потребуется. И, кстати, что ты будешь делать, если к тебе подойдёт кто-то из слуг других наложниц, даст очень много денег, а взамен попросит навредить мне или моему ребёнку?– Возьму деньги. А потом пойду к вам рассказывать о попытке подкупа. – Вот сразу видно умного человека, – похвалила его я. – А твоя сестра говорила, что ты излишне честен и прямолинеен.– Иногда поступить правильно и солгать – это одно и то же. Особенно, когда кто-то угрожает жизни невинного человека.– В Золотом Городе нет невинных, Лей. Но есть те, кто может стать твоей семьёй. Ты сам решаешь, готов ли защищать их. И какие средства для это изберёшь. Я не хочу делать никому ничего плохого. Но милосердия для тех, кто попытается навредить мне, моему сыну или моим людям, ждать не советую. Два человека, которые пытались меня... убить, сейчас мертвы. Я их не пожалела. Не пожалею и других. Так что меня сложно назвать невинной...Я осеклась, видя, как Лей уставился на мой, ещё плоский живот. Протёр глаза. Побелел, что с его, и так, светлой, почти синюшной кожей, выглядело, жутко. И его, явно, не мои слова впечатлили.– Голос великих предков, – пораженно произнес он, медленно опускаясь на колени. – Я смотрел, но не видел.