Восьмая наложница

-- Джин подсказывал своему новому другу, как вырваться из моего педагогического плена.

-- Ага, -- Геро закивал, как болванчик. -- Мне очень надо обдумать. Простите.

Говорить ему, что он всегда может обратиться ко мне, я не стала. Думаю, в ближайшее время мальчишка на такое, всё равно, не решится. Обучение в диалоге с непривычки может показаться очень сложным, даже для такого умного ребёнка, как Геро. Ну, ничего. Главное, не торопить его сильно.

-- Мальчики, а вы не хотите покататься на лошадках? Думаю, вам будет полезно подышать свежим воздухом.

Через минуту их и след простыл.

-- Вы его напугали, -- сказала Рия, не отрываясь от своего вышивания. -- У нас принято, что учитель говорит, а ученик с почтением слушает.

-- Так это смотря какая у учителя цель. Если научить ребёнка безропотно выполнять чужие приказы, то это отличный способ. А мне надо, чтобы они умели думать, сомневаться, задавать вопросы, спорить и отстаивать свою точку зрения. Умели слушать других, но не были зависимы от чужого мнения. А для этого с детьми надо говорить, а не заставлять лишь слушать.

-- Так принято на вашей родине?

-- Да, -- соврала я. Принято. Как же. Со мной никто особо не разговаривал. Ни дома, ни в школе. И дело не в том, принято это или нет. Дело в том, что так правильно.

Не заставлять слушать, заучивать и повторять, а спокойно и мягко подводить ребёнка к нужной мысли. Давление всегда рождает протест. А когда ты сам сделал вывод, против чего протестовать?

Но Рии этого не объяснить. Слишком это нетрадиционные идеи для традиционного общества, где ученик должен почитать учителя и не может с ним спорить.

Когда так воспитывали одного Лисёнка, это особых противоречий не вызывало. Ученик -- принц как-никак. А учитель -- слуга. Разница в социальном положений позволяла Джиндзиро многое.

Но что дозволено сыну Императора, не всегда допустимо для простых смертных.

Одна надежда, что Шен, будучи человеком широких взглядов, поймёт меня и поддержит.

Глава 34

Наши приёмыши дичились, наверное, дней пять.

Миори была ровесницей Лисёнка, но казалась намного младше из-за маленького роста и худобы.

Тихая. Мечтательная. И до ужаса тактильная. Ей постоянно нужно было с кем-нибудь обниматься. Этой участи даже Джин не избежал. Впрочем, мой сын быстро привык к тому, что сестра его нового друга тискает его при любом удобном случае. Деваться ему, всё равно, было некуда. Хотя, первое время ему это давалось непросто.

-- Понимаешь, тут какое дело.