Восьмая наложница

Мальчишка выпутался из верёвок и попытался сбежать раньше, чем мы зашли на постоялый двор.

Джина это, неожиданно, развеселило. Не сама попытка побега, а выражение лица Шена, который подростка связывал.

Вторая попытка не заставила себя ждать.

На третьей я решила вмешаться. Потому, что мой сын уже совсем забыл о том, что стало причиной этой увлекательной игры в кошки-мышки.

Роль мышонка получил воришка, а Лисёнок за ним с увлечением охотился, не совсем понимая, что делает.

-- Всё! -- твёрдо сказала я на ухо сыну.

-- Ты больше не зол.

-- Но, мам, -- тут же закончил мелкий.

Я ещё раз напомнила себе: этот ребёнок не совсем понимает, что творит. Им движет не желание мучить пленника, а любопытство и азарт.

-- Тихо. Услышат. И, нет, моё решение не изменится. Игра окончена.

-- Почему?

-- Потому, что для того мальчика всё происходящее воспринимается совсем иначе. Это его сейчас ловят, как какую-то дичь. И, нет, это не смешно.

-- Ладно, -- Джин тяжело вздохнул.

Киан и Шен старались держаться поодаль внимательно наблюдая за тем, как юный принц идёт в сторону пленника и присаживается на корточки рядом с ним.

-- Зачем ты попытался украсть мою лошадь?

-- Хотел сбежать отсюда, -- подросток прожёг собеседника ненавидящим взглядом.

-- Ну, так и сбежал бы. Зачем тебе лошадь?

-- Сестру с собой взять хотел. Она даже до леса вряд ли дойдёт сама.

-- А зачем сбегать? И куда?

-- Отец женился. А его новой жене мы поперёк горла. Она Эшу, чуть не каждый день бьёт, голодом морит.

В наказание за что-нибудь. А отец и рад ей верить. Ему дети от наложниц не особо нужны. Законные-то на подходе. Я не знаю куда мог бы увезти сестру. Да и не важно это. Хуже, чем здесь уже нигде не будет. А даже, если умрём на чужбине, так здесь нам, всё одно, не жить.

Лисёнок растерянно оглянулся на меня. Пришлось спешно подойти, чтобы положить руку на его напряжённое плечо.

-- Милостью будет отпустить этого мальчика. Только, не пройдёт и пары дней, а он решится на новую кражу. Потому что не видит иного пути для спасения сестры.

Милосердием -- указать путь, где ему не придётся преступать закон.

-- Я не могу и не должен отпускать вора, -- голос Лисёнка не выражал особой решительности. -- Но если ты поклянёшься мне в верности, матушка может взять твою сестру себе в услужение. Я не стану наказывать тебя за то, что ты сделал сегодня. Однако, не советую разочаровывать меня. Я не прощаю ошибок.

Подросток, кажется, дар речи потерял. Лежит.