Восьмая наложница

Пока не решил, что пора становиться рыбкой.

Я с лёгкой тоской смотрела на то, как он прыгает с борта судна в воду, потом взбирается по верёвочной лестнице обратно, чтобы повторить свой прыжок.

– Хочешь искупаться? – шепчет Киан, наклоняясь к моему уху.

– Разве пристало матери принца такое ребячество? Да, и плавать я почти не умею.

– Ночью, когда все отправятся спать. Нас никто не увидит. А я не дам тебе утонуть.

Это звучало почти, как приглашение на свидание.

И, наверное, стоило оказаться. Но искушение было слишком велико.

В конце концов, имею же я право хотя бы на одно свидание с принцем моей мечты?

И пусть, это для него ничего не значит.

Так даже лучше.

У меня будет одна ночь для безумств. И никаких обязательств. Никаких разбитых надежд. Просто, ночь, когда я не буду наложницей Императора, родившей принца. Не буду женщиной, скованной своим статусом, словно цепями.

Я стану снова Мариной. Девочкой, которая всегда мечтала поплавать в море.

Все мои одноклассники ездили с родителями на море.

Потому, что до моря часа четыре, если на машине. А мы – нет. И не только потому, что машины не было. Можно было и на автобусе добраться. У нас никогда не было денег на такие развлечения. Зато всегда были на водку. Вот такие приоритеты царили в моей семье.

Тогда это воспринималось, как должное.

Сейчас мне страшно об этот даже думать.

Мая мать часто говорила, что я пойму ее, когда вырасту, когда у меня самой будут дети.

И вот, я уже совсем взрослая. У меня есть Джин, а понимание всё никак не приходит.

Того, кто решит его ударить, я удавлю собственными руками. А она, мало того, что ничего не делала, так ещё и покрывала мужа, который делал это постоянно.

Наверное, всё дело в том, что я выросла совсем не такой, какой меня хотела видеть моя мать.

Впрочем, это скорее, случайное стечение обстоятельств, чем моя заслуга. Наверное, родители вполне могли воспитать из меня своё уродливое подобие. Но я не буду думать об этом сейчас, когда светит солнце, а волны поют о том, как прекрасна жизнь.

Так жизнь окончена. Что толку гадать?

– Мама, смотри! – закричал мой сын и продемонстрировал прыжок в воду бомбочкой.

– Какой непоседа, – восхищённо протянул матрос. – Это хорошо. Здоровый, значит.

– Вот бы и учился он с тем же усердием, как по кораблю скачет, – пробурчал Шен. Морская болезнь на его характер влияла крайне негативно.

– Да, как же ж можно такое говорить, ваша милость? – моряк пришёл в ужас. – Пятый принц же счёт знает.