Живые нити

Алек, соображая на ходу, сел за руль сам и ударил по газам. Мотель оказался совсем близко, они незаметно припарковались и рассредоточились: двое у черного выхода, двое – у основного. Алек и Руфин бросились вверх по лестнице мимо притихшей администраторши.

Адреналиновый всплеск привычно подсказал, что они близко. Алек моргнул, и это будто выкрутило тумблер инстинктов на максимум. Запахи стали резче, звуки объемнее. Не прикладывая усилий, он обогнал Руфина на два пролета – все-таки бег всегда был сильной чертой дома Оленей.

“Неужели так просто?”

Алек прислушался к звукам за дверью пятьсот первого номера, хотя чутьё кричало – он там. Внутри что-то щелкнуло. Алек нетерпеливо заерзал, переступая с ноги на ногу – коллеги двигались слишком медленно.

– Ну как, пора? – прошептал Руфин одними губами, зная, что его все равно услышат. Алек кивнул, со всего размаха выбил дверь ногой и ворвался в комнату.

Глава восьмая

Бессонная ночь, хлопотный день и вечер за швейной машиной высосали из Дины все силы до дна.

В итоге она прилегла на пять минут перед поздним ужином и отключилась. Открыла глаза, когда на улице уже вовсю шумели мастера и рабочие, а солнце коварным лучом светило прямо под веки. Дина натянула покрывало на голову, стараясь отгородиться от мира, полного проблем и ответственности, но реальность уже успела просочиться в тоненькую щель.

“Я не знаю, как вор проник сюда, но я знаю, как он выбрался,” – сказал вчера следователь. И какая-то назойливая, как муха, мысль гудела где-то около Дининого уха, пытаясь проникнуть в голову.

Она села в постели, растеряв последнюю надежду на покой, и потерла руками заспанное лицо.

“Как он проник в дом?”

Легко. Народу в тот вечер было уйма, слухи быстро разнеслись по городу. Дайвари радовались каждому гостю в надежде, что он станет их покупателем, не особо разбираясь в том, по приглашению он пришел или нет.

– Но что-то не так, – пробормотала Дина вслух. Острое ощущение того, что подсказка лежит на поверхности, кололо её иголкой прямо в мозг.

Гости… но гости не могли подобраться к хранилищу незаметно, ни во время аукциона, ни в любой другой день. Никого из новопришедших не пускают на второй этаж, тем более в глубину жилых комнат. Во время аукциона лестницы были заперты, а дворецкий ловил всякого заплутавшего. У потенциального грабителя не было бы достаточно времени, чтобы изучить расположение комнат, выкрасть ключ и вернуться к хранилищу незамеченным.