Живые нити

Дина едва успела подумать, что хоть что-то идет по плану, как вдруг…

– Всем лежать, – завопил пронзительный мужской голос где-то в толпе за спиной, – это ограбление!

“Твою ж мать”, – только и успела подумать она, когда послышался выстрел из револьвера.

Глава пятая

Бюро Магического Контроля, несмотря на все жуткие притчи во языцех, состояло из трех комнат и пяти человек – и это с учетом капитана. Старший следователь Лукро лежал в больнице, стараясь выздороветь побыстрее – что в его состоянии напоминало скорее “не отдать концы” – капитан уехала в Главное управление с отчетом о перестрелке, и теперь казалось, что Бюро вымерло вовсе.

Руфин Красс, следователь второго ранга, раскачивался на стуле, закинув ноги на стол. Они были примерно одного возраста с капитаном, вот только ей годы были к лицу, а в его случае явно работали против. Подтянутое во времена полицейской академии тело обзавелось намеком на животик, щеки округлились, а макушку словно прополола от сорняков настойчивая бабушка.

Между тем, черные усы с едва проклюнувшейся сединой были все так же игриво уложены, как и напомаженная замысловатая кудря на лбу.

Несмотря на то, что Алек был старше его по рангу, а теперь – временно – и по должности, он испытывал отцовский пиетет перед фигурой Руфина: шесть лет назад тот взял Алека под свое крыло и помог адаптироваться к работе. Гонял и подкалывал тоже, но это было частью воспитательного процесса.

Стул под Руфином удручающе скрипел, грозясь не выдержать авторитета и рухнуть, и Туллия Скорпин – последний по счету, но не по важности следователь Бюро – сверлила Руфина долгим тяжелым взглядом, надеясь что он сам все поймет.

Руфин талантливо её игнорировал: Туллия резко и грубо отказалась от его навязчивого наставничества, после чего отношения между ними значительно ухудшились. Напряжения добавляло еще и то, что Туллия – самая младшая в Бюро – была магом-энергетом и получила второй ранг, так же как и сорокалетний Руфин, но при этом до сих пор выглядела как подросток: невысокая, юркая и короткостриженная.

– Ты можешь перестать? – не выдержала Туллия.

– Перестать не может перестать, – хохотнул Руфин, оглашая кабинет душераздирающим скрипом. – Туля, почему ты такая бука?

– Я тебе не Туля!

Алек закатил глаза. Последние ночи он почти не спал, ворочаясь до самого рассвета. Голова из-за этого была чугунная и пустая, как котел, но абсолютно отказывалась варить.