Живые нити

У автомобиля стояла невысокая худощавая старушка, указательным пальцем руководящая разгрузкой бутылок: вероятно, перед самим аукционом планировался фуршет. Двое слуг тащили огромный зачарованный сундук.

Девушка не повела гостей в центральную дверь, а свернула направо. Через минуту они оказались в небольшой уютной комнате с креслами и чайным столиком. Сбоку стояла ширма, у стены – крупный пузатый комод. Из приоткрытых ящиков выглядывали швейные принадлежности, сверху лежали каталоги, ножницы устрашающего вида и портновская лента.

– Сейчас я позову кого-нибудь, кто сможет принять ваш заказ. Чай тоже скоро принесут.

– А вы сами не можете принять заказ? – подал голос Алек, внимательно следя за хозяйкой. Та чуть покраснела и смущенно улыбнулась:

– От следователей ничего не скроешь. Мне пока нельзя. По правилам семьи, я смогу принимать заказы после того, как мне исполнится восемнадцать. Я позову сестру, и она ответит на ваши вопросы.

Оставшись одни, Алек и капитан переглянулись.

– Я же говорила, что будет любопытно, – Варрон неспешно обошла комнату по кругу, выглянула в открытое окно, выходящее в тот же шумный внутренний дворик.

– Вы говорили, что для нас это может быть полезно.

– Одно другому не мешает.

Чай принесли довольно быстро. Алек отхлебнул из чашки, откинулся на спинку кресла и навострил уши, больше по привычке, чем от необходимости.

На улице недовольный баритон устраивал слугам нагоняй: что-то нужное не привезли, да и разгрузка шла нерасторопно.

– Лейла, ты не можешь бросить меня одну с этими… полицейскими, чтоб их, – шипел один голос где-то в глубине коридора так тихо, что обычное человеческое ухо не заметило бы и намека на звук.

– А что я могу? Ты представляешь, что бы было, если бы я их выгнала? Может, бабушку позовем? – ответил второй, более тонкий. Вероятно, это была их провожатая.

– Да ты с ума сошла? Её от встречи с полицией хватит удар.

– Тогда что будем делать?

– Я сама справлюсь… Ох, сейчас с мыслями соберусь. И ты идешь со мной. Но лучше молчи.

Алек с интересом вперился взглядом в дверной проем. Через минуту там показались две фигуры.

Сестра оказалась высокой, худой и строгой. Тонкий нос был едва припорошен робкими веснушками, каштановые волнистые волосы собраны в аккуратный пучок, перевязанный поверх широкой лентой.