Смерть никогда не стареет

– Именно так! – ответил я настолько убедительно и твердо, что у Полины не осталось никаких сомнений в искренности собеседника.

– А… чем я, простите, заинтересовала ваш телеканал? – осторожно спросила Шлыкова.

– Вы ведь знали бывшего главного редактора газеты «Московский репортер» Геннадия Павловича Нехватова? – спросил я. И тотчас спохватился, что произнес «знали» вместо «знаете». Но было уже поздно…

– Да, – ответила Шлыкова. – Знала и знаю. Это очень хороший и добрый человек.

– Мы делаем передачу, в которой одним из действующих лиц будет являться Геннадий Павлович, – произнес я.

 – Поэтому вопрос: насколько хорошо вы его знаете?

– Достаточно хорошо, – после небольшой заминки ответила Шлыкова. – Мы два года работали вместе в газете «Московский репортер», а когда нашу газету закрыли, то связь друг с другом не потеряли. Встречались, созванивались. Он помог мне трудоустроиться, ну и вообще…

– И вы знаете, чем Геннадий Павлович занимался последнее время, какой вел образ жизни? – снова спросил я.

– Конечно, конечно, – живо отреагировала Полина. – Геннадий Павлович делился со мной своими проблемами, а я своими.

– Это очень хорошо, – констатировал я. – Отсюда у меня к вам такое предложение: как вы смотрите на то, чтобы рассказать о Нехватове все, что вы о нем знаете, на камеру?

– И что, это потом покажут по телевизору? – спросила она.

– Покажут, – вполне определенно ответил я.

– А это обязательно – снимать меня на камеру? – нерешительно спросила Шлыкова. – Просто так поговорить нельзя? Под запись.

Или на диктофон, например.

– Мы же телевизионный канал, Полина Владимировна, – с небольшой долей участия произнес я. – Нам нужен видеоряд, синхроны. Картинка. Да вы не беспокойтесь, – поспешил заверить ее я. – Это будет обычное журналистское интервью, только снятое на камеру.

– Ну я не знаю, – снова нерешительно промолвила Шлыкова. – Все это как-то… неожиданно, что ли…

– Согласен, – сказал я. – Поэтому мы можем отложить наше интервью… скажем, до завтра.

Ну как? – После этой фразы наступило молчание, после которого мне нужно было произнести что-то очень убедительное. И я сказал вполне искренне: – Согласитесь, ведь Геннадий Павлович вполне достоин того, чтобы рассказать о нем людям.

– С этим я полностью согласна, – произнесла Полина Шлыкова.

– Значит, вы должны согласиться и дать нам интервью, – вполне резонно заметил я.

– А когда и где? – начала сдаваться бывший корректор газеты «Московский репортер».