Страсть окаянная

Войтович взял секундную паузу, дождался, когда Рахат Сагитович пригубит коньяк, и только после этого залпом осушил свою рюмку. Ханбекаев отечески похлопал своего российского партнера по плечу.

– Рахат, я предлагаю начать формальное решение сделки во Франции, в офисе фирмы, – предложил Войтович. – Я готов сегодня же отправить во Францию вертолет. В Кот-д’Азуре у меня фрахтуется «Нордика круизер», превосходная яхта. Вы наверняка слышали об этом судне. Я приглашаю... Вертолет готов к вылету в любую минуту.

Но гость отрицательно покачал головой.

– Вы еще молоды, Максим, и у вас есть все, чтобы еще пару десятилетий успешно вести дела. Вы умны и, как мне показалось, нежадны, – вынес свой вердикт Ханбекаев. – А я, как вы понимаете, сам уже ни в чем не нуждаюсь. За свою жизнь я сумел нажить себе состояние достаточное, чтобы мои потомки могли безбедно существовать в десяти поколениях вперед. У вас серьезные поручители в лице присутствующих здесь Олега и Владика, но в большей степени – ваша репутация.

Я стар, Максим... Мне будет достаточно того, что я отправлю с вами своего юриста. А подписание договоров, я настаиваю на этом, должно проходить в Астане. Будьте моими гостями...

Войтович покорно склонил голову в знак согласия.

* * *

Она просто сидела в кресле и смотрела, как он спит. Ей казалось, что в этом зрелище было что-то завораживающее, что-то сугубо личное и что-то интимное. Объяснить свои ощущения более конкретно Лена не смогла бы даже самой себе.

Тимофей перевернулся на спину, закинул руку за голову и слегка приоткрыл глаза.

Лена улыбнулась. Странно, но взгляд у Арканова был четким и сфокусированным. Словно он и не спал вовсе.

– Доброе утро, – Лена подобрала под себя ноги и поплотнее запахнулась в просторный мужской халат.

На губах у нее по-прежнему играла все та же чарующая улыбка. Воспоминания о минувшей ночи заставляли девушку сладострастно ежиться. Ничего подобного она прежде ни разу не испытывала. Это не шло ни в какое сравнение даже с памятным рандеву в лифте.

Тимофей сегодня был похож на цунами. Во всяком случае, так казалось Епифановой.

– Привет!

Он проворно отбросил одеяло и сел на кровати. Его жилистое мускулистое тело заставило Лену невольно податься вперед, но Арканов никак не отреагировал на это движение. Напротив, лениво потянувшись к стулу, он снял со спинки рубашку и накинул ее себе на плечи. Нижняя часть тела Тимофея осталась прикрытой одеялом. Он взял с тумбочки пачку сигарет.