Последний жрец. Том III

Сейчас богиня была похожа на светскую львицу, а не на странствующее божество в поисках своей паствы, жреца и денег на храм.

— Король, я думаю, Антон был занят убийством бретеров и рисованием в своей комнате, -— с ядом в голосе сообщила Лу, беззастенчиво покопавшись в моей голове.

Я в этот момент как раз накладывал мясо в тарелку, чтобы присоединиться к начавшейся без меня трапезе, и чуть не уронил кусок на пол.

Я с неприязнью посмотрел на богиню. Создавалось впечатление, что сам факт моего существования ее теперь тяготит: мы все еще были связаны магией Матери, но больше ничем я ей не мог быть полезен.

Так что расценивала меня Лу как балласт, с которым надо нянчиться, а временами — и беречь, чтобы не поранился.

Подобное отношение было мне не в новинку, мы просто вернулись к тому, с чего начинали.

— Бретер был необходимой жертвой, — спокойно ответил я богине, накалывая на трезубую вилку кусок мяса, — он пытался меня убить.

Лу и Кай как-то нехорошо переглянулись, и я понял, что мою точку зрения они не разделяют.

Да что они вообще понимали? Это я встретился с рыжим лицом к лицу и видел, как он игрался со мной.

Вина за столом не оказалось — король старался не слишком налегать на этот напиток, чаще предпочитая холодные отвары из трав, которые отлично освежали, тем более, лето уже наступило, и в замке было душновато, так что я плеснул в кружку темного варева. Вкус был неплохой, но чем-то смутно знакомый.

Когда я понял, что именно пью, было слишком поздно.

Голову будто накрыло ватой, и я перестал чувствовать сознания короля и Лу.

Я попытался дернуться из-за стола, но сзади на меня навалилось четыре гвардейца, прижимая к стулу и не давая шевельнуться. Среди моих пленителей был и Орвист.

— Суки! За что?!

Меня опять опоили, опять лишили ментальных сил, причем в этом теперь принимала участие и Лу. Я с ненавистью посмотрел на эту лживую дрянь, которая, за текущей ненадобностью, решила запереть мою тушку подальше от острых предметов, опасностей и ментальной магии.

Лишь бы с ней ничего не случилось.

Гвардейцы быстро меня скрутили, связали и посадили обратно на стул. Все это время я грязно ругался, вспоминая все те конструкции, которые успел придумать в перерывах между сеансами каленого железа на моей коже в подземельях.

— Ты! Ты дал слово, мелкий выродок! И что теперь?! Так благодаришь за службу?!

Мои глаза налились кровью, и будь моя воля, я бы сейчас навалился на Фотена и вырвал ему глотку зубами.