Тень и моё я

Так, Вердания отпадает, там никакой принцессы нет, а вот наведаться в Лонир или Корнаг нужно непременно!

Окрылённый пришедшей мыслью, Маверель кинулся к отцу, за советом и поддержкой, при всём при этом совершенно забыв о своём побитом состоянии.

Старший дракон дар речи потерял, увидев полуголого избитого сына с радостным оскалом на пол-лица. Уж очень не сочеталось плачевное состояние отпрыска со счастливой улыбкой.

— Отец, на меня нашло просветление! — заявил Маверель, семафоря подбитым глазом.

Начало Кристовениолю не понравилось, он посмотрел на голову сына, отыскивая следы удара.

А Маверель между тем начал метаться по кабинету, пританцовывая и подпрыгивая.

— Сын, ты в своём уме? — Старший дракон даже попятился, видя такое воодушевление сына.

— Ты выслушай, а потом и недовольство проявляй, если так хочется, — обиженно произнёс Маверель. Он понял, что нужно поскорее обо всём рассказать, а уж потом проявлять радость.

— Хорошо, говори, — отец не стал препираться со столь неуравновешенным сыном, решив посмотреть, как тот себя поведёт дальше.

— Я решил жениться, — начало было малоинформативным, так как это желание в своём наследнике Старший дракон наблюдал в течение нескольких последних лет. Тем не менее он не стал перебивать сына, давая ему возможность объясниться.

Маверель незамедлительно продолжил:

— Нужно захватить Лонир или Корнаг, чтобы вытребовать мою жену, — в голове Мавереля было столько мыслей, что он торопливо начал высказываться, боясь забыть самые важные моменты.

У Старшего дракона задёргался глаз. Он окончательно убедился, что кто-то чересчур сильно ударил сына по голове. Иначе откуда у того мысли, что у него в человеческих королевствах есть жена?

— Сынок, успокойся, сейчас я тебе лекаря вызову.

— Да бездна с ним, с лекарем! Ты только представь, как они обрадуются!

— Кто? Лонир с Корнагом? — да, после объявления войны вряд ли бы кто стал радоваться.

Отец покосился за спину, проверяя, открыта ли дверь в смежную комнату. Не то чтобы он боялся сына, но так, для спокойствия.

— Ты пойми, у них ведь тоже магия имеется, они смогут родить полноценного дракона.

Кристовениоль уже совсем отчаялся понять свихнувшегося сына. А Маверель привёл последний убийственный довод:

— И меня ещё будут уговаривать.

Старший дракон огорчённо молчал. Он понял, что теперь у него точно не будет наследника.