Встреча по правилам и без

– В дополнение пообещай не вспомнить обо мне и тетушке, когда тебя посадят за использование Петли Повиновения.

- Какой Петли?! Я ничего не ис… - оборвавшийся на полуслове возглас сказал все сам за себя.

Я спрятала дневник в свою сумку, посмотрела на хранившуюся там квадратку, которую надеялась сегодня вернуть, вздохнула. Затем подняла взгляд на племянника, медленно и недоверчиво качающего головой. На какой-то момент показалось, что он синеет от ужаса и нехватки воздуха.

- Дамиан? – позвала я, подаваясь вперед.

- Но… Этого не может быть!

- Ты будешь удивлен.

- Я ничего не понимаю! - Он шумно выдохнул, схватился руками за стол.

- И я не понимаю, почему наш добрый мальчик, наш гений, наш одаренный маг использовал запрещенное проклятье!

- Оно не сработало…

- О, здесь ты тоже будешь удивлен. Жертва твоего инфантилизма прошагал восемьдесят километров, чтобы вышибить дверь в главный дом рода Огги. – Я резко поднялась из креста и шагнула навстречу бестолочи, который, только сейчас задумается о последствиях своих действий.

Он задумался на несколько мгновений и сдавленным голосом проронил:

- Большой просчет…

- Это не просчет, это уголовная ответственность! – повысила я голос. - О чем вы думали, молодой человек?

- Я не хотел! – заявил он сущую глупость, граничащую с сарказмом.

- Если бы не хотел, ты бы не проклинал.

- Это вышло случайно! – В осуждающем молчании я с негодованием воззрилась на него, и Дамиан нехотя признался. - Я был уверен, оно не получилось.

С трудом, но я заставила себя вдохнуть и выдохнуть, а не треснуть этого мальца по шее. Во-первых, я бы не дотянулась, во-вторых, я бы ничего толкового ему не донесла.

- Как это понимать? Ты с твоим магическим зрением должен был увидеть Петлю.

- Засада отбыл из академии! – Иными словами, наш замечательный юный маг даже не проследил за жертвой своих инсинуаций. Использовал секретное проклятье рода и отмахнулся от возможных последствий. Высшая степень халатности и самая большая низость по отношению к проклятийнику.

Я зажмурилась, ощутив небывалую горечь и что уж, вину.