Любовница снежного лорда

Вернулся вскоре, неся последствия моей махательной деятельности, и вот едва он мне это через решетку просунул, я поняла, что все не так уж и плохо — оказывается, прорезана была одна штанина на брюках, но косо, и на груди тоже порез, тоже косой. Разложив все на полу, обнаружила даже некоторую симметрию.

— Мне нужны нитки, лучше серебряные или…

— Золотые, — отозвался сугроб, — нужны только бело-золотые.

— Без проблем, — кивнула я, — несите.

Никто никуда не дернулся.

— Что? — опять пришлось мне проявлять инициативу.

— Где я их возьму? — враждебно поинтересовался лорд Эйн.

— Швея, портниха, или там швей и портних у вас есть?

— «Швей и портних»?! — переспросил этот несообразительный.

— Это то же самое, что швея и портниха, только мужского рода, — терпеливо пояснила я. Вздохнула: — Ну, портной…

Снежный продолжал смотреть на меня, только теперь несколько округлившимися глазами.

— Ох, да что непонятного-то?

Скривился, пояснил:

— Они заперлись.

И добавил:

— В подвале.

Да это-то я уже поняла, не понятно другое:

— С нитками и иголками?

Задумавшись, снежный отрицательно качнул головой. Я поняла, что к дальнейшим действиям этого подмороженного придется подталкивать:

— Хм-м, — начала я, — и где же в таком случае могут быть эти несчастные и покинутые швеями и портными иголки и нитки?.

И тут я поняла, что он не подморожен, он тормоз! Потому что в ответ на мое намекательное предложение раздалось оторопелое:

— Где?

Он издевается! Присмотрелась — поняла два момента: первый — лорд пьян, второй — он лорд, в смысле о швейных делах не в курсе и вообще.

— Так, — мне это разонравилось, — покинутые и несчастные иголки и нитки должны были остаться в мастерских, мастерские знаете где?

Задумался. Основательно задумался. Затем медленно проговорил:

— В подвале?

Вопросительно проговорил! Не поверив своим ушам, я язвительно поинтересовалась:

— Это вы у меня спрашиваете?

Нахмурился.

— Не в курсе где.

Раскинув руки в жесте «Это вообще как?!», возмущенно смотрю на этого… полного лорда! На всю, черт его, голову лорда! Кажется, с этого момента моя вера в наличие у аристократии мозгов сильно пошатнулась.