Больница на Змеиной Горе

Папа очень занят…

— Папуля! — крикнула дочь, застучала руками по окну.

Раздался свисток кондуктора, я посадила дочь на колени, крепко обняла.

С шумом вырвался пар, загремели, залязгали колеса. Поезд дернулся и медленно тронулся. Я откинулась на жесткую спинку скамейки и закрыла глаза. Я взрослая сильная девочка. Я справлюсь.

— Папа! — встрепенулась Глория.

— Ш-ш-ш, тихо, папа не…

— Грейс, — раздался любимый голос.

Я вздрогнула и распахнула глаза. В проходе стоял Ланс. Взъерошенный, с вспотевшими от быстрого бега волосами, в расстегнутом сюртуке.

— Не смог… вас отпустить… — выговорил он, тяжело дыша.

— Папа! — пискнула Лори.

Муж подхватил дочь на руки, поглядел виновато поверх ее макушки.

— Хорошо, что я бегаю по утрам, — сказал он, улыбнувшись.

— Да уж, — фыркнула я.

А самой хотелось, как Лори, пищать от радости. Мы вместе! Теперь все точно пойдет на лад!

*** 7 ***

Не дожидаясь, пока подойдет кондуктор требовать билет, Ланс направился к начальнику поезда. Гоблин средних лет смерил его взглядом.

— Что угодно, мэтр?

— Господин, — поправил его Ланс. — Гоподин Мон.

— Господил Джолк, к вашим услугам, — склонил голову гоблин. — Так что вы хотели, господин… — пауза после этого слова была чуть длиннее, чем нужно, — Мон.

— Видите ли, я так торопился, что забыл бумажник. — Ланс обезоруживающе улыбнулся. — Ни билета, ни ассигнаций, ни чековой книжки. Очень неловко получилось.

У Грейс в несессере была совсем небольшая сумма — только на разные мелочи в дорогу. Пассажиры третьего класса не возят при себе пухлые бумажники с наличными.

А сам Ланс, выходя из дома, прихватил лишь несколько мелких монет: вдруг придется расплатиться с извозчиком. Люди его круга берут чековую книжку или ассигнации лишь туда, где играют. Лавочник, или портниха или… да кто угодно, запишут покупку и в конце месяца вышлют счет. Но даже если бы у него была с собой чековая книжка, выписать чек — все равно что написать на поезде огромными буквами: «Здесь был Ланселот Даттон».

— В самом деле неловко вышло, — согласился гоблин.

— Особенно неловко будет высаживать такого обходительного господина на ближайшей станции.

— Неужели ничего нельзя сделать? — Ланс снял с пальца перстень.

— Что вы, безвыходных ситуаций не бывает. — Гоблин извлек из стенного шкафчика блокнот и ручку с чернильницей. — Соседний вагон к голове поезда — второго класса, отдадите записку кондуктору. В первом осталось свободным только служебное купе. — Он многозначительно улыбнулся.