Кафетерий для спецназа

А в квартиру уже занесем, лестницу ты не одолеешь.

В одиннадцать утра явился пожарный инспектор, которого не устроило состояние сигнализации. Пришлось вызванивать сотрудников установочной фирмы, ругаться, следить за дополнительными работами. К обеду Ханна вспомнила о Шольте — тот лежал тихо, не привлекая к себе внимания — и спросила:

— Жидкую кашу будешь? Я могу курицу и крупу с овощами в мультиварке разварить, а потом взбить в блендере. Получится то ли каша, то ли густой суп.

Шольт долго облизывался, картинно вывесил язык и испачкал пол слюнями.

— Я сейчас поставлю, а через часок пойдем обедать, — пообещала Ханна. — Манку?

Волк артистично изобразил тошноту.

— Ах, да... Рис?

На рис Шольт согласился.

Ханна быстро накрошила в мультиварку морковку и куриную грудку, насыпала немного риса, посолила и залила водой. Жарить лук было откровенно неохота. Диета — значит диета. Обойдется Шольт.

Ко времени обеда выяснилось, что хуторская мудрость отлично работает в городе. Бабушка Ханны любила повторять: «Сытый альфа — послушный альфа».

Шольт был послушным даже в ожидании еды: искательно заглядывал в глаза, когда выпадала возможность, лобызал Ханне то шею, то ухо, щекоча и пропитывая своим запахом. Злиться на дружелюбного волка не получалось — он так забавно ухмылялся и громко стучал хвостом по полу, что Ханна перестала орать и отбиваться. Да и запах уже не так сильно раздражал.

Тарелку с остывшей едой она поставила на пол в кухне, сказала:

— Только ешь медленно, не торопись. Там еще полпорции добавки.

А вечером что-нибудь сообразим.

Шольт воспользовался тем, что Ханна сидела на корточках, положил переднюю лапу ей на плечо, навалился, обслюнявил волосы.

— Фу, брысь, пакость! Отстань, слышишь — телефон.

Звонил новый повар. Сообщил быстро, одновременно принимая заказ:

— К вам пришли. Спуститесь в кафетерий, пожалуйста.

— Кто там?

— Какой-то журналист.

— Сейчас, — ответила удивленная Ханна.

Шольт насторожил уши — подслушал, заинтересовался.

— Ешь, — велела Ханна. — Схожу, узнаю, что там такое.

Вернусь — расскажу.

Глава 23. Нарушение неприкосновенности жилища

Журналист оказался странным. Представился неразборчиво, начал расспрашивать Ханну о доме. «Знаете ли вы историю особняка? Искали ли какие-нибудь документы в городских архивах?»

— Нет, не искала. Зачем мне это? — пожала плечами Ханна. — Дом не памятник архитектуры, я не собираюсь делать масштабную перепланировку.

— Здесь была первая кондитерская, открывшаяся в городе.