Вляпалась!

— Надо приказать прислуге выбросить эти цветы, а при следующей встрече высказать Демьяну, как нехорошо дурить делового партнера. Особенно — женщину.

— Но, Полина, вынужден тебя огорчить, — сказал Дим уже на пороге. — Заклинание внушения лишь усиливает твои собственные эмоции. Если тебе захотелось признаться в любви, значит...

Да-да, мне отчасти нравится господин долины Роз. Ну и что? Он неприятный тип и даже не скрывает этого. К сожалению, нас, женщин, тянет именно к таким: неприятным, грубым, но загадочным.

Ничего. Как-нибудь справлюсь со своими «хочу» и уеду в Россию с тремя килограммами золота. С пятью — если выдам замуж непокорную принцессу.

Дим уже ушел, когда...

За стеной что-то заскреблось. Взвизгнуло дурным голосом. Взвыло. Я грязно выругалась (надеюсь, полтергейст расслышал, куда конкретно он может засунуть свои вопли) и пошла лично осматривать мир за стеной.

Часть 6. Искра

Вдвоем с немолодым прислужником, которого я отловила в коридоре, мы взялись за обход помещений первого этажа. Первым делом осмотрели невероятных размеров кухню — повар едва ли не брызгал ядовитой слюной, когда я с умным видом шастала около его кастрюль. Увы. Идеальная чистота, вышколенные поварята и никаких следов привидений. Перебрались в библиотеку, но и там не нашлось ничего необычного.

На первом этаже, в основном, жила обслуга, и им не нравилась чужеземка, с подозрительным видом разгуливающая по комнатам.

— Мы… это… к вам, — говорил он и добавлял многозначительно: — Она… а я… так.

В итоге на меня смотрели с открытой неприязнью. Не сказать, что меня это напрягало. Про «чудаковатую россиянку» ходили разнообразные слухи, один другого краше. Мне приписывали полчища любовников, познания в тёмной магии, ну и, конечно, принцессу одурманила тоже я.

В общем, прислужник всячески выгораживал себя, пока я шныряла по комнатам и изображала сыщика. Получалось плохо. Мой энтузиазм почти пропал, когда невдалеке от купальни кто-то взвизгнул.

— Слышите?

— Не-а, — меланхолично ответил прислужник.

Неопознанное существо взяло ноту повыше. Такую, что по коже побежали мурашки.

— А теперь?

Мой спутник покачал головой, при этом лицо его выражало крайнюю степень уныния. Тяжело вздохнув, я рванула к купальне.